Увы, спустя час, я понимаю: что-то не так. Это не зубы и не простуда. Ребенок несколько раз рвет, последний – уже просто слюной и желудочным соком. Даша то мерзнет и дрожит, то горит. Постоянно плачет и отказывается пить. Когда она в очередной раз пытается вырвать, но издает только сухие спазматические звуки, я, наплевав на все, накрываю раздетого ребенка пледом и выбегаю, как была – в пижаме и босая, в коридор.

Сама не знаю, каким образом, но следующее, что я помню, это как тарабаню кулаком в дверь регентской опочивальни. Дверь открывается почти сразу. На пороге стоит дядя Грэма, в одних низко сидящих на бедрах штанах, взлохмаченный и злой, как черт.

- Что надо?! – рычит на меня.

За его спиной, в комнате, на кровати сидит та самая брюнеточка, что приходила ко мне, предлагала поболтать. Ясно, я не вовремя. Но в данной ситуации, мне плевать!

- Мне кажется, Даша чем-то отравилась! – говорю на одном выдохе.