- Я тебя услышал. Но другого выбора у нас нет. Однако, как высадимся, я прикажу всем получить тройной боекомплект. – Он перевёл взгляд на мальчишку. - Как очнётся, нужно будет узнать кто он и как здесь оказался! – стараясь перекричать гул вертолётного винта, приказал командир. – И не дай Бог он окажется наёмником Нарышкина…

Один из гвардейцев занимался осмотром вещей подростка. И найдя ксиву, передал её командиру.

Тот открыл её и с облегчением сообщил остальным.

- Селезнев Константин Сергеевич, охотник десятого (низшего) разряда. – И задумчивым голосом добавил. – Кажется, парень оказался не в том месте, не в то время. – Перевернув страницу, командир указал своему заму на адрес проживания юноши. – Эта деревня располагается в тридцати минутах езды от того места, где сбежала княжна.

Однако, когда гвардеец, занимающийся осмотром вещей, достал из кармана телефон, все удивленно посмотрели на юношу.

- А допросить его всё-таки придётся. Видимо парень не из простой семьи, - и словно поясняя свои слова, добавил, - раз имеет такие игрушки.

Никто из военных не стал спорить, серьёзно посмотрев на лежащего без сознания подростка.

***

Просыпался я очень тяжело. Голова гудела, дышать было затруднительно а руки, из-за того, что были крепко связаны, онемели.

И видимо моё пробуждение не осталось незамеченным.

- Командир! Парень очнулся!

- Тащи его сюда, – услышал я ответ, после чего тот не церемонясь схватил меня за волосы, и подняв на ноги повел в сторону костра.

Передо мной сидели трое человек в военной форме. Они смотрели на меня с холодным выражением на лицах, и я понял, что от них ничего хорошего ждать не стоит. Я уже знал, что значит этот взгляд. Сам когда-то точно также смотрел на врагов государства. И сейчас в их взглядах читался мой смертный приговор.

- Кто ты? – спросил мужчина. Он баловался ножом в руках, отыгрывая роль морального ублюдка. Не удивлюсь, если в какой-то момент он набросится на меня с криками, что отрежет мне ухо.

- Да что ты его спрашиваешь? Давай ему сразу глаз прижжём, после этого он сразу всё расскажет!

Я еле-еле сдержал улыбку. Слова другие, а смысл тот же. Переведя взгляд на третьего, который внимательно следил за выражением моего лица, я предположил, что он будет играть добряка. И когда тот заговорил, понял, что оказался прав.

- Помолчите, – прервал их командир. – Мне кажется, что парень достаточно умный, чтобы понимать своё положение. – Он сделал паузу. – Скажи, почему твоя морда мне кажется знакомой?

- У Вас очень хорошая память на лица, капитан гвардии графского рода Тулеева, - смотря в глаза, холодным тоном произнёс я. – И я Вас тоже запомнил, Тимирязев Александр Сергеевич, - благодаря своей почти идеальной памяти я вспомнил как его называл Баринов почти год назад у здания Гильдии охотников. Тогда Тимирязев привёз оружие охотникам, предназначенное для устранения последствий прорыва. Однако артефактные пули он везти не торопился. Тем самым он собирался бросить охотников на убой. И если бы не вмешался Баринов, то скорее всего на мосту Терешковой из охотников никто бы не выжил.

Шепотки, которые были слышны неподалёку от костра, вмиг прекратились.

- Я гарантирую тебе быструю смерть, - через некоторое время, сказал Тимирязев. – В обмен хочу услышать ответы на свои вопросы.

- Да пошёл ты! – сплюнув ответил я.

То, что мне развяжут язык, я не сомневался. Но если я выложу всё быстро, то мне могут не поверить.

Со своих мест подскочили двое гвардейцев, но они не успели сделать и шага, как Тимирязев, повысив голов, приказал.

- СТОЙТЕ! - Игра света от костра придавала его лицу хищные черты, и оскалившись, он тихим голосом, сказал мне. – У Кости есть семья… близкие, друзья… А у нас, - доставая моё удостоверение из кармана, - есть адрес, где он живёт. Думаю, нам следует, после того как здесь закончим, наведаться к нему домой.

- Нечестные трюки используешь, – произнёс я. – Это наше с тобой дело. На личное переводить это…

- Подло? – перебив меня спросил Тимирязев. – Мне очень любопытно узнать, откуда тебе известно про негласную этику гвардии. Однако, смею тебе напомнить, - развёл он руками, - ты не состоишь на службе ни у кого из дворян. Поэтому на тебя это правило не распространяется!

- Я слуга рода Бариновых, - соврал я, и меня быстро раскусили. Это я понял, когда Тимирязев кулаком ударил меня по лицу.

- Ложь! На твоём жетоне нет соответствующих пометок, – с превосходством воскликнул Тимирязев. Он схватил длинный нож, лезвие которого было докрасна раскалено в огне, и с силой прислонил его к моей ноге.

Вначале послышалось шипение сгораемой одежды и плавящейся кожи. И только потом пришла боль.

- Ааааа, - закричал я.

Мне дали прийти в себя, и я с ненавистью посмотрел на Тимирязева.

- Ещё раз соврёшь мне, и дам поработать моим друзьям, - сделал он жест головой в сторону двоих гвардейцев, что до сих пор сидели подле него.