Делать вид, будто устыдилась, мне даже в голову не пришло, зато пришло еще раз хорошенько пнуть дорогущую ткань. И та неожиданно сумела отомстить, украв у меня меховую туфельку, застрявшую в жестких складках.

– Черт! – внезапно ставшая босой пятка угодила прямиком на ледяной камень. – Ну вот за что мне это, а?!

Сказать по столь богатому поводу Энья много чего могла – по поджатым в нитку губам оно было отлично видно, но все-таки не рискнула. Ограничилась тем, что закатила глаза и попросила:

– Не богохульствуйте, госпожа. Не надо это сюда призывать.

– Поучи еще, ага, – огрызнулась я, но вдруг разглядела поднимающийся над кувшином парок. – Теплая? Да?!

– Да, я в кухне попросила нагреть, – опять поджала та губы, на этот раз демонстрируя сомнение: что, мол, не уверена она, стою ли я такой заботы. – Заранее попросила.

– А чего ждете тогда? – скинула я ей на руки так и не надетое еще толком платье и тут же отважно, несмотря на холод, потянула вверх подол нижней сорочки. – Ставьте быстро таз и поливайте. Пока не остыла.

Энья опять нарочито подняла глаза к потолку – привычка умывать по утрам что-то кроме лица раздражала ее неимоверно. Но из возражений нашла только одно:

– Вас же князь ждет! Нельзя так!

– Сдается, в этом доме меня лишь тараканы не пытаются к порядку призвать! – сбросила я снятую рубаху прямо ей под ноги, на уже валявшееся там меховое одеяло. – Да и то… Хоть бы кто спросил, сама-то я чего жду? А?!!

Но тут же успокоилась, сменив тон – ни истерика, ни скандал мне сейчас были точно ни к чему. Тем более, что прислуга к моим нынешним горестям отношения не имеет, а силы лучше поберечь для разговора с отцом.

– Ладно, – шагнула я в таз, уже поставленный в центре комнаты, собрала в горсть рассыпавшиеся по спине пряди и обернулась к той из служанок, что принесла воду. – На волосы тогда не надо сейчас, сразу на плечи лей. Ну? Лей же!

И прижмурилась от удовольствия, когда струя теплой воды защекотала кожу между лопаток:

– Мыло подай! – любоваться, как опять морщится глядя на меня Энья, быстро надоело. – И полотно заодно прихвати – обтереться потом.

Та метнулась было к полке, где лежал отдушенный травами светлый кусок, но не добежала – дверь в комнату рывком распахнулась, и на этот раз налетела не она, а на нее: Раск, глава приставленного ко мне вчера караула.

– Ваш отец, княжна… – начал тот прямо с порога, и ошалело заткнулся, пригнувшись под лавиной рухнувшего на него женского визга.

Каюсь, без моего голоса в этом хоре тоже не обошлось. И хотя от неожиданности я немедленно выпустила из рук волосы, укрывшие спину до колен не хуже плаща, сдается, что-то разглядеть он все же успел. По крайней мере, вид у него был именно такой – когда Энья, от души перетянув внезапного гостя поперек спины свернутым в жгут полотном, чуть ли не пинками изгнала его обратно в коридор. Еще и дверь следом захлопнула с таким грохотом, будто с петель сорвать нацелилась. Даже об ужасе своем перед здоровенным, выше нее на голову охранником не вспомнила.

– А я говорила, что эта ваша привычка до добра не доведет! – фыркнула она в наступившей затем оглушительной тишине и картинно сдула с носа упавшую из-под чепца пушистую прядь.

– А я говорила, где и кому ты можешь раздавать свои советы! – снова начала я собирать чуть намокшие волосы в горсть. – И даже не раз, помнится. Так?

Та опять фыркнула, но я на нее уже не смотрела:

– Лей давай, – повернулась я к прислужнице, все еще державшей кувшин. – Пока совсем не остыло.

– Будете и дальше продолжать? – вытаращилась на меня Энья.

– А почему нет? Не думаю, что Раск начнет соваться сюда каждые пять минут. Не после того избиения, что ты ему устроила.

– Я-а-а? – похоже, до девчонки, только сейчас дошло, кого именно она только что отлупила тряпкой и выставила вон.

– Ну не я же? Вот только сомлеть не пытайся. Поздно. Кобеля отсюда ты уже шуганула.

– Да и кобель-то из него на самом деле не очень, – поддержала меня другая служанка, как раз закончившая тщательно расставлять принесенные подсвечники – чтобы те ничего не подпалили, невзначай. – Нет, этот сюда точно больше не заявится.

– Вот именно, – кивнула я, тоже припоминая упорные слухи, что ходили про бессилие Раска.

Вернее, не так.

С полгода назад, когда тот со своими наемниками только появился в замке и был принят отцом на службу, наши девки из прислуги на него, наоборот, разве что не облизывались, а вешаться совсем уж в открытую стеснялись лишь потому, что князь подобных вещей на дух не переносил. Но даже это не помешало кое-кому в женской людской похвастать, что залучил-таки красавчика к себе на ночь, и в кухнях по этому поводу чуть ли не целая драка потом случилась.