– Раз уж какое-то время ты останешься со мной, нужно подобрать тебе имя. Пожалуй, назову тебя Кетту. 

Лисенок приподнялся и снова лизнул меня в лицо, а затем свернулся на моих коленях и затих.

К имению мы подъехали через час. Я выбралась из кареты, прижимая к себе лисенка. Кетту проснулся и теперь водил мордой из стороны в сторону. Его ноздри широко раздувались, черные уши жадно ловили звуки. Я быстро оглядела дом. Отметила, что постройка старая. Стены из желтого кирпича, красно-коричневая черепичная крыша. Над флигелем возвышалась покосившаяся башенка. Навстречу уже спешили хозяева, и я натянула улыбку.

А вот меня улыбкой не удостоили. Женщина, которая остановилась напротив меня, несомненно, была стара. Морщин не так много, но волосы наполовину седые. Они были собраны в тугой пучок, и я порадовалсь, что не изменила своей привычке носить строгую прическу. Глаза незнакомки были карими, а взгляд – таким же жестким, как у Эдвина. В этот момент я уверилась, что передо мной его мать и тут же склонилась. Слова приветствия прозвучали, ответ был сухим.

Жак поспешно представил меня:

– Госпожа, это жена вашего сына, леди Лина Рокфосс. Господин Эдвин прибудет чуть позже, его задержали дела.

Мадлен Рокфосс – именно так звали свекровь – скривилась и заявила:

– Тощая… Надеюсь, в родах не умрешь. И сможешь подарить хотя бы пару девчонок этому дому. Я – не смогла. 

От этих откровений я немного опешила. Мысленно перебрала пункты брачного контракта, которые заучила наизусть. Не нашла там пункта о родах и вздохнула с облегчением. Судя по всему, никаких детей в планах Эдвина не было. А исполнять желания его матушки я не подписывалась. Но, на всякий случай, возражать не стала. Натянула улыбку и смиренно ответила:

– Если будет угодно Господу.

Госпожа Рокфосс снисходительно улыбнулась. Но в этот момент Кетту вытянул шею, продолжая принюхиваться. И улыбка хозяйки дома мгновенно сменилась отвращением.

– Что это? – раздраженно произнесла она. – Лиса?

– Лисенок, – поправила я. – Его ослепил змеерост. Я подобрала его на пепелище.

– На пепелище, – едва слышно повторила свекровь, а затем повелительно взмахнула рукой. – Немедленно выбросите эту дрянь за ворота!

Я инстинктивно прижала к себе Кетту. Он оскалился и зашипел. Словно понимал, что сейчас решается его судьба. Мне на помощь неожиданно пришел Жак. Он начал лебезить:

– Госпожа Рокфосс, да вы посмотрите на него. Худой, весь в соке змеероста. Того и гляди подохнет сам. Пусть девушка возится, если уж ей хочется. Негоже знакомство с сорры начинать. Господин Эдвин так хотел порадовать вас женитьбой...

Старуха смерила Кетту взглядом и смилостивилась:

– Ладно. Оставляй его себе. Но не вздумай выпускать из комнаты. А как подохнет -- сразу выброси тварь за ворота. Интересно, как Эдвин отнесется к такому соседству? Увидимся за ужином, Лина.

После этого она развернулась и направилась к дому. Мне тут же поклонился пожилой слуга:

– Леди Рокфосс. Следуйте за мной. 

Отведенная мне комната оказалась большой и светлой. Точнее, не только мне. Я оглядела кровать, на которой смело можно было спать вчетвером, и сообразила, что теперь отдельная комната мне не полагается. Интересно, что будет делать Эдвин? Нам и правда придется спать в одной постели? 

Мысль об этом вызывала смущение. Я вроде понимала, на что подписываюсь, но большей частью старалась не думать о деталях. Но теперь “детали” станут повседневностью, и к ним придется приспособиться. Впрочем, ректор в постели ни чуть не хуже комнаты на троих, которая у меня была в общежитии. Эдвин не был ко мне ни добр, ни приветлив. Скорее не замечал. А однокурсницы стремились уязвить и делали пакости. 

Ванная меня порадовала. Несмотря на старую постройку, водопровод с подогревающими артефактами в доме был. Поэтому сначала я вымылась сама и выкупала Кетту. Лисенок не сопротивлялся. Я переоделась в чистое платье и вынесла из ванной завернутого в полотенце Кетту. Устраивать больного на полу не хотелось, и я опустила его на постель. Но вместо того, чтобы устроиться на мягком одеяле и уснуть, зверек неожиданно зарычал и начал рвать зубами подушку.

– Эй, прекрати! – закричала я, и попыталась вырвать ее у Кетту. 

Но из прорехи мне в руки выпало что-то твердое. А в следующий миг жар, который все эти дни мирно спал внутри, всколыхнулся и расцвел на моем лбу.

Немного черных лис. Вот так выглядел Кетту.

Глава 3/2

Эдвин

В отделении городской стражи Хэлмилэна было шумно и людно. Капитан тут же поклонился Эдвину, и тот небрежно кивнул в ответ. 

– Что у вас, Батт? 

Стражник подкрутил тонкие усы и серьезно ответил:

– Снова риспи, господин. Перешли реку и оставили пепелище. 

– Сколько? – на лице Эдвина не было никаких чувств, но внутри он начал закипать.