— Не торопись, бесстрашная моя, — выдохнул хрипло. – В сладкую ночь надо наслаждаться медленно. Ведь это твой первый раз.

   Жадные губы накрыли мой рот, тело тут же отозвалось стоном и прильнуло послушно и податливо. Я обвила руками шею супруга, поддразнила его язык кончиком своего. Дэстан застонал мне в рот, вздрогнул всем телом и яростно смял губы, рыча, как голодный хищник. Потом спустился на шею, ощутимо покусывая ее, заявляя права на жену.

   — Твоя, твоя, — подтвердила я, изогнувшись в его руках.

   Запустила пальцы в шевелюру, насладилась еще одним стоном, который заставил желание полыхнуть так нестерпимо ярко, что из головы оказались изгнаны даже следы разума и воспитания. Да и как можно думать, когда самый страстный на свете демон срывает с тебя одежду, тут же целуя плоть, столь беззащитную перед ним, таким сильным и властным?

   Поцелуи опускались все ниже, лавой стекая по коже к груди, которая стала такой чувствительной, что я застонала в голос, когда мой демон сначала распалил ее острым языком, а потом втянул горошинки ртом, посасывая. От непривычной ласки пожар внутри многократно усилился. Я изогнулась в руках мужа, когда губы проложили чуть влажную дорожку к пупку.

   — Прямая поставка из храма, — ухмыльнулся Дэстан, глянув в лицо, — моя непослушная послушница!

   Ответа придумать не смогла, ведь поцелуи стекли еще ниже, и мысли разлетелись во все стороны, а тело взорвалось фейерверком небывало приятных ощущений. Таких сильных, что я беззастенчиво закричала, дрожа и запрокинув голову.

   Довольно рыча, демон продолжал ласкать меня, даря наслаждение. Но когда я подошла к самому краю того, чему не ведала названия, Дэстан отстранился, одним движением нырнул ко мне, вытянулся рядом и заглянул в глаза. То, что он там увидел, ему, очевидно, понравилось. Ведь когда я сама потянулась к нему, довольно ухмыльнулся и снова накрыл собой, вжимая в постель.