Очередная печать врезалась в стену около Абеля. Тот закатил глаза, демонстративно вздохнул.

 – Я убью тебя! – зарычал Шейн, бросаясь на Абеля.

Длинные волосы Шейна горели огнем. Или полыхали кровью? Кроваво-красный меч, длинный кнут, подчиняющийся разуму. Кроме темных заклинаний, господин Шейн любил использовать магию крови. С его проклятием заклинания такого типа становились куда изощреннее и смертоноснее. Впечатляет. Впрочем, могу поставить голову на отсечение, Абель ему ни в чем не уступит. Скорее, наоборот: Абель значительно сильнее. Понять бы только, зачем не так давно прибеднялся? Он вполне способен победить Шейна и защитить меня.

Я увидела внутри барьера стул, про который давно забыла Карина, и присела. Нервничать я буду и так, и эдак, но сидя хотя бы комфортнее.

 – Я бессмертный, Шейн.

 – Думаешь, меня это остановит?! – В Абеля полетели сразу две печати.

 – У всех должна быть несбыточная мечта, – философски заметил Абель, прежде чем в его голову нацелился кнут.

Бесполезно. Одной рукой поймал, еще и усмехался. Ну, это он зря. Хоть Абель и бессмертный, у кнута такая мерзкая коррозийная аура, что даже находиться рядом неприятно. Все-таки кнут создан самим Шейном, а это значит, что оружие несет в себе частичку его проклятия.

Окажись в комнате другие люди, смертей было бы не миновать. Однако Абель – бессмертный с высоким магическим сопротивлением, на Карине антипроклятие, я сама светлая, чьего уровня более чем достаточно, чтобы нейтрализовать любое негативное влияние. Причем не только для себя самой, но и для окружающих, но об этом лучше умолчать – не самое типичное свойство светлых.

Неприятный звук разнесся по комнате, и пространства внезапно стало больше. Эх, зачем стены-то крушить? Надеюсь, что пол останется цел, а то я не уверена, что барьер зачарован на левитацию.

Меж тем мужчины обменялись заклятиями и приступили к главному – сражению на мечах. И если в магии они были примерно на одном уровне, то мечом Абель владел значительно лучше. Или дело в самом мече Абеля – сотканном из истинной тьмы, непроглядного отчаяния и пустоты? Такое оружие подавляло любое другое, позволяя Абелю без особых проблем побеждать: Шейн медленно, но верно проигрывал. Кнут помогал ему держаться, однако и кусающая губы Карина, и я видели, как он сдавал позиции.

Несколько минут – и меч с кинжалом приставили к горлу.

Меч Абеля – к горлу Шейна.

 – Ну что, успокоился? Поговорим? – ухмыльнулся Абель.

А полусломанный кинжал Карина приставила к моему горлу. Я сглотнула – ощущение чего-то острого рядом с моей нежной кожей радости не добавляло.

 – Поговорим. Отпусти его, Абель! – громко сказала Карина.

Только я хотела пошутить на тему того, что в звуконепроницаемом барьере нет смысла болтать – все равно не услышат – как Абель повернул голову в нашу сторону.

 – Серьезно? – он выразительно выгнул бровь.

 – Убери меч от Шейна или я перережу ей горло, – огрызнулась Карина.

Она серьезно, даже не думала шутить.

 – Зачем мне это делать? – ухмыльнулся Абель.

Прекрасно. Я вот тоже хотела задать этот вопрос – зачем Абелю мало того, что убирать меч от поверженного противника, с которым он хотел поговорить, так еще и поддаваться шантажу? Драконы такое ненавидят!

 – Потому что она тебе нравится? – не отступала Карина. – И ее смерть тебя однозначно не обрадует.

 – Человеческая женщина. – Абель снова закатил глаза, так и не убрав меч от шеи противника. – С чего ты взяла?

Вот и я не понимаю, с чего Карина это взяла? Убьет меня – Абель может из злости прикончить Шейна. Не убьет – Абель просто с ним поговорит. Зачем все доводить до моего убийства, я ей что сделала?!

 – Прости, Флер, кажется, своим долгом ты воспользоваться не сможешь, – шепнула мне Карина. – Мертвецам же ничего не нужно?

Глава 5

 – А прямо сейчас никак долг не взыскать? – спросила я.

 – Никак, уж извини, – ухмыльнулась Карина и посмотрела в сторону Абеля. – Значит, она тебе не нравится? Могу убить?

Абель замер:

 – Не до такой же степени не нравится. Вот ты или Шейн – до такой. А смерть Флер мне радости не принесет. Она, знаешь, весьма полезна и умна. По крайней мере, умнее тебя и… – Абель демонстративно поднес свой меч к шее Шейна, отчего тьма, окружающая лезвие, начала отпечатываться на коже Шейна, словно разъедая ее – брр-р-р, самые мерзкие раны, которые мне доводилось лечить. – И вот его тоже. Так что если ты меня таким образом пытаешь порадовать, то не стоит. А если шантажировать… Ты и впрямь хочешь знать, что случается с теми, кто шантажирует дракона?

 – Я не хочу, – вмешалась я, приподняв руку. – Не надо ничего делать на моих глазах.