Его вопли вывели меня из ступора. Я обрела способность двигаться и отшатнулась, ужаснувшись собственному поведению. Мужчина тоже выпрямился и уставился во все глаза куда-то мне в декольте. То есть не в декольте, конечно, а на Дара, которого я по-прежнему держала в руках, прижимая к себе.

— Как вам не стыдно, эшшер! — исполнилась я праведного гнева отодвинувшись на пару шагов.

— Мне?! — удивленно вскинул брови серебряный.

— А кому же? Вам что, доставляет удовольствие мучить существ, которые не могут дать отпор?

Не уверена, что я сейчас имела в виду только Дара. В некотором роде я тоже ощутила себя одной из жертв, после такого потрясения.

— Я не…

— Только вот не надо оправдываться! Сначала вы дразнили больного серокаменного медведя. Вам было все равно, что он вредит себе, ударяясь о магическую клетку! А оказывается, в ваши руки попало настоящее чудо, но вы и это не цените! Обижаете малышей, которые и отпор вам дать не могут? — мои глаза против воли наполнились слезами.

Выражение лица серебряного дракона сменилось несколько раз во время моей пламенной речи, к концу которой я гневно сопела и чувствовала, как пылают щеки. Грудь вздымалась, мне не хватало воздуха. Стыд вперемешку с разочарованием душили.

Как я могла поддаться? Почему ничего не предприняла? Почему стояла, позволяя ему творить такое?

Почему он так медлил, не мог поцеловать меня быстрее, пока я не опомнилась?..

Тьфу! Да о чем я только думаю?!

Я вдруг остро осознала, что совершенно одна в этой оранжерее. Никто бы не пришел ко мне на помощь, если бы этот… Этот... Этот хмель решил сотворить со мной непристойное!

От ужасных картин с поцелуем, у меня сладко… Ой, то есть страшно закружилась голова. Спасибо Дару, если бы не он…

— А знаете что, эшшер? Я вам его не отдам! — выпалила как на духу.

— Так значит, это действительно была ты. Я не ошибся, — неожиданно довольно усмехнулся дракон. — А говорила, что на бал не придешь.

Все-таки действительно узнал. Ой! Я же сама себя выдала. Подтвердила своим рассказом его догадку. Вот незадача… А! И пускай! Пускай идет жаловаться. Я не боюсь! И дракончика ему отдавать ой как не хочется. Правда, придется, если он потребует. Но я сделаю все, что смогу.

— Не отдам, — упрямо повторила я, прижимая малыша к груди и отступая на шаг. — И… Уходите отсюда, эшшер. В оранжерее опасно. Разве вы не видели предупреждающих знаков?

— Видел. Потому и пошел сюда за тобой.

— За меня можете не беспокоиться, эшшер. Я здесь… Я здесь работаю, — соврала я.

— Так значит, ты не адептка?

— Я преподаватель! И прекратите мне тыкать, мы не представлены!

— Надо же! А выглядите совсем юной, эшшери. Так как вас зовут? — он как-то странно на меня посмотрел, и я отступила еще на шажок.

— Мне тридцать пять! — врать получалось все смелее с каждой фразой.

Опять же, отношение к взрослой даме должно быть куда уважительнее. Ее не станут тискать без спроса, и тыкать ей тоже не будут. Наверное…

— Быть того не может! — дракон подступил ближе.

— Чего вы удивляетесь? Мы ведь в Долине Весенних Первоцветов, — я постаралась улыбнуться снисходительно.

— Но с другой стороны, это даже хорошо. Можно обойтись без лишних реверансов, — задумчиво протянул дракон, и его глаза как-то нехорошо сузились.

— О чем это вы, эшшер? — я напряглась и попятилась, когда он снова двинулся ко мне.

Его намерения были непонятны, и я затараторила, продолжая потихоньку отступать, что в платье было неудобно:

 — Эшшер, вас не учили, что неприлично говорить с женщиной о ее возрасте? Уходите! Дракончика я вам не отдам, пока… Пока не покажу нашим лекарям. Он точно нуждается в осмотре, после всего, что вы с ним сделали!

Серебряный снова возмущенно вытаращился, а Дар мило заурчал и попросил:

— Хочу остаться с тобой, Лира Малина. Эшшер Холлвард злой! Обижает Чешуйку!

Эшшер Холлвард и вовсе остановился, задумчиво посмотрев на питомца.

— А забирай. Пусть они его еще и на вменяемость проверят. Может, он из ума выжил? Но назад я его уже не приму, — неожиданно согласился он, да еще и коварно улыбнулся.

— Как это не примешь?! Забыл, кто… — возмутился было Дар сосем иным тоном, но тут же спохватился: — Коне-е-ечно, бедного-несчастного Дара можно как вещь туда-сюда передавать! Но так и быть, останусь с ней, а ты… То есть, вы, хозяин, еще поплачете без Дара!

Их диалог показался немного странным, намекая, что не так уж и прост мой новый маленький друг, но в любом случае, я добилась своего.

— Вот и славно! — отступила еще немного, ведь дракон снова приближался. Неторопливо, но неотвратимо. — Раз мы все решили, идите эшшер. Вас, наверное, невеста заждалась. Ваш «женильный шар» ведь кто-нибудь уже сцапал?

Мужчина кашлянул, словно подавился, а затем переспросил немного сипло: