– Да, и пока она поражает только драконов.

Не густо, но хоть какая-то зацепка! Хотела продолжить, но с улицы неожиданно донёсся странный звук, напоминающий гудение огромного улья, а через миг в небе что-то полыхнуло. Причем с такой силой, что я увидела зарево даже сквозь закрытые шторы!

– Что…

– Рой мёртвых душ, – на лицо дракона набежала тень. – Похоже, нечисть пробила первую линию обороны Туманной стражи.

Внутри всё заледенело и взгляд невольно соскользнул на коммуникатор. Если Кристоф не ошибся, скоро нас с Олафом вызовут в штаб спасать раненых.

– Эстер, покажи свою комнату, – просьба дракона ошарашила, но не успела я возмутиться, как он пояснил, – на доме хорошая защита, но этого недостаточно. Я поставлю дополнительные щиты.

– Но…

– И выдели мне спальню по соседству, – перебил меня Кристоф, – чем ближе, тем лучше.

– Но зачем?!

– Я не могу в открытую использовать магию теней и накрыть куполом весь особняк. Это привлечёт внимание стражи.

– Думаешь, немёртвые зайдут в город? – я зябко поёжилась и покосилась на окно. В небе по-прежнему полыхало зарево боевых плетений, и от их отблесков шторы пылали словно от огня.

– Не знаю, но Рой - дурной знак, – мрачно отозвался Кристоф, – лучше перестраховаться.

ГЛАВА 9: Дикая охота

Полночь, особняк семьи Лангроу (Эстер)

Тишина. Густая, осязаемая… Она опустилась на город сумрачной вьюгой, растекаясь по опустевшим площадям и танцуя с ветром в безлюдных переулках. Обычно шумная и переливающаяся магическими огнями столица словно вымерла. Затаились даже снежные совы, вылетающие в это время на охоту.

Вспомнилось, как первое время я не могла привыкнуть к их полуночному уханью и даже попросила Ашера поставить над моей комнатой полог тишины. Но отец пояснил, что для местных эти птицы и их ночное пение - священны. Совы первыми чуяли приближение нечисти, и если они спрятались - быть беде.

Невольно поёжившись, плотнее закуталась в тёплый плед и сделала небольшой глоточек горячего шоколада. Вместе с тишиной пришёл и холод. Но не привычная зимняя стужа, расцветающая на стёклах морозными узорами, а мёртвая, сотканная из туманов Нижнего мира. Она просачивалась под кожу, разгоняя по телу волну ледяных мурашек и заставляя дрожать, несмотря на растопленный камин и тёплую одежду.

Молчание сов, Рой мёртвых душ и предупреждение Туманной стражи… Предвестники беды вспыхивали один за одним, но больше всего настораживало поведение Сердца Бездны.

Я чувствовала настроение камня и готова была поклясться - он боится того, что может принести на своих крыльях вьюга, а ещё была странная уверенность, что происходящее как-то связано со вспышкой детской болезни в Тёмной империи.

Правда ускользала песком сквозь пальцы, но сдаваться я не собиралась. И если сон не шёл, решила потратить ночь на проработку документов, выданных Кристофом.

Вопреки моим опасениям он не стал забирать их, позволив неспешно изучить. Правда, советоваться с Олафом и Томасом мне пока запретили. Дракон находился здесь тайно, но после завтрашней аудиенции уже смогу открыто обсудить всё с коллегами.

На знания и опыт старшего Вэринги возлагала большие надежды. Как и на уникальную память напарника. Несмотря на отсутствие целительского Дара, Олаф в совершенстве знал теорию лекарской магии, увлекался книгами о древних проклятиях и редких магических болезнях. Одно время он читал их на ночь как страшные сказки и вполне мог вспомнить информацию, полезную в нашем случае.

Пока я склонялась к цепному проклятию. Во время обследования малышей целители не обнаружили следов физического или магического воздействия. Но, возможно, речь шла о каком-то новом плетении, нацеленном именно на драконов?

– Первый оборот у теневых драконов происходит в десять лет, – прошептала, сверяясь со справочником по драконологии, – до этого вторая ипостась сопровождает ребёнка в виде Тени.

Единственной зацепкой был возраст пациентов. Все они ещё не успели обернуться и шаманка из видения предполагала, что болезнь не просто ослабляет связь малышей со второй ипостасью, но и напрямую поражает Тень.

Это поясняло, почему болеют только теневые драконы, но… как зараза переходит от одного ребёнка к другому? Большинство из них никогда не встречались, а в то, что в Тёмной империи орудует маньяк мне верилось с трудом.

Допустим, до простолюдинов тварь ещё могла добраться, но среди пострадавших была Мия Тавалькади – наследница одного из старейших и самых могущественных родов Теневого края. И драконы, в отличие от герцога дэс Тьянни и ему подобных, оберегали своих детей похлеще любых сокровищ.

Это ставило версию с проклятием под сомнение, но отказываться от неё тоже не спешила.

– Можешь снова показать мне лазарет? – прошептала, обратившись к печати, но Сердце промолчало. Пришлось по памяти восстанавливать картинку и первыми в мыслях вспыхнули слова шаманки.