— Я понял. Будем работать над этим. Доверие учителю — необходимый элемент обучения, — ссылаюсь на такую причину. Другое объяснение она пока не примет. — Но я хотел бы кое-что тебе дать, — снимаю с шеи цепочку с артефактом, состоящим из двух частей. Разъединяю их и протягиваю ей одну. — Эта вещь позволит тебе быстро связаться со мной и сообщить, что нужна помощь. Нажимаешь вот здесь, произносишь сообщение и отпускаешь. Я получу его в тот же миг. Примешь от меня такое? 

Глава 8 Мэйлин

Вернувшись домой после тренировки, запираюсь в комнате и достаю спрятанный в одежде артефакт. Я все же приняла подарок дракона. Не уверена, что поступила правильно. Но жест учителя меня тронул. Как и его предложение дружбы. Это было неожиданно. Я не солгала, у меня действительно нет подруг. Как-то так сложилось. Моим другом всегда был отец. А потом осталась только нянюшка. До сих пор дружбу мне не предлагали. Тем более, мужчины. Рассматриваю амулет, сжимая в руках. Совсем недавно он висел на груди лорда Эштана и, кажется, все еще хранит его тепло. Что, конечно, невозможно. 

Искушение принять дружбу велико. В ближайшее время мне придется сложно. Я пока не знаю, как избежать замужества с герцогом. Но в одном уверена точно — его не будет. Если не придумаю ничего толкового, просто сбегу. В этом случае придется скрываться целых два года, до возраста вступления в наследство. Но и с драконом не все ясно. Бескорыстно его предложение или нет? Что он потребует взамен? Думать так об учителе неприятно и даже стыдно. На каком-то глубинном уровне я чувствую, что он искренен. Нет в нем гнили и подвоха, в отличие, например, от моего опекуна. Вспоминаю слова отца, что среди драконов не больше мерзавцев, чем среди людей. Он был прав. Но от принятого решения зависит моя свобода. Я должна быть очень осторожна.

Нахожу в шкатулке тонкую золотую цепочку и вешаю подаренный артефакт на шею. Пусть всегда будет в доступе. В комнату заходит няня. Помогает мне раздеться, чтобы принять ванну. Вчера, после ужасных новостей о будущем замужестве, я разрешила себе слабость и проплакала весь вечер у нее на груди. Нянюшка ласково гладила меня по волосам и посылала ироду проклятия. Но к сожалению, ничем помочь мне не могла. Только больше плакать я не собираюсь, время слабости прошло. Да и не в моем характере долго предаваться унынию. Надо искать выход.

Спустя час приходит слуга от дяди и сообщает, что герцог приедет для знакомства уже сегодня вечером. Я должна быть готова произвести на него нужное впечатление.  Что ж, я определенно постараюсь. Вместе с нянюшкой начинаем готовиться. С помощью пудры выбеливаю ресницы, брови и губы. Добавляю синих теней под глазами. Тон кожи делаю бледным и желтоватым. А волосы няня укладывает в тугую прическу, чтобы нельзя было рассмотреть их густоту и красоту. Герцог видел меня издалека. Пусть теперь испытает разочарование. В дополнение ко всему выбираю платье, скрывающее грудь и тонкую талию. Все, я готова. 

Наблюдаю в окно, как к дому подъезжает уже знакомая карета. Собираюсь выйти из комнаты, когда в нее врывается дядя. Видит меня и замирает.

— Почему ты так убого выглядишь, Мэй? — вопрошает злобно. — Я же сказал, чтобы не вздумала дурить! 

— К сожалению, я сегодня с утра себя плохо чувствую, дядюшка, — произношу смиренно. — Наверное, съела что-то несвежее. Вам стоило поинтересоваться, смогу ли я принять гостей. Мы с няней еще добавили немного красок на лицо. А то совсем бледно-зеленая была. 

— А надето на тебе что? Половая тряпка? — шипит опекун.

— Новые платья еще не успели привезти. Такой у меня гардероб. Я просила у вас месяц назад на расходы. Вы отказали, — злорадно усмехаюсь про себя. Это чистая правда, пусть теперь сам кусает локти! 

— Покажи, что у тебя есть, я сам выберу, — требует он.

— Герцог уже приехал, — киваю в сторону окна. — Нельзя заставлять его ждать. 

Дядя меняется в лице. Недовольно раздувает ноздри и злобно цедит:

— Хорошо. Держи меня за локоть и не шарахайся. Пойдешь так. В следующий раз заранее проверю, что ты на себя нацепила. 

Так мы и идем встречать гостя. Как только мужчина появляется в гостиной и подходит ближе, дядя отвешивает ему поклон. Подчеркнуто любезным тоном представляет нас друг другу:

— Моя дорогая племянница, Мэйлин. 

— Герцог, Саймон Стенли. Прошу простить, Ваше сиятельство, Мэй плохо себя чувствует. Ничего серьезного, небольшое недомогание. Но ради встречи с вами поднялась с постели.

Мужчина осматривает меня безэмоциональным взглядом и протягивает руку, в которую приходится вложить мою ладонь. Подносит ее к губам и заявляет:

— Тронут. Такая самоотверженность в молодой девушке. Это похвально, — звучит красиво. Только открытая насмешка в голосе делает этот комплимент издевательством.