— Я благодарна тебе за заботу, но…

— Никаких но. Ты. Остаешься. Здесь. Чтобы была перед глазами. 

Глава 9

Над столом повисла тишина, я аккуратно положила на тарелку нож и вилку.

— Я должно быть, неверно тебя поняла.

— Ты остаешься здесь, — повторил Дерен, невозмутимо нарезая оленину, — в столице, будешь жить рядом. Я приставлю к тебе охрану. 

Охрану.

Опустив руки под стол, я сжала салфетку.

— Не думаю, что это хорошая идея, Дерен, — ровно сказала я. — После развода нам лучше как можно быстрее начать… новую жизнь. К тому же, — я дружелюбно, надеюсь, улыбнулась Ане, —  я планирую заняться наукой, а...

— Нет, — ожила вдруг свекровь. — Ты Эшборн. Как бы все ни обернулось, ты часть нашей семьи. И я не позволю тебе ее позорить!

В очередной раз прикладываясь к бокалу вина, она пробормотала себе под нос что-то вроде: “В семье не без…”

Позорить?

Бросив на нее косой взгляд, я собиралась снова заговорить с Дереном, но не успела.

— Мам, достаточно. Твой дом тебе покажут завтра, — сказал Дерен, невозмутимо отрезая кусок оленины и отправляя его в рот. — Это правило. Ты будешь жить по соседству, ни в чем не будешь нуждаться. Ты останешься Эшборн. По сути, ничего для тебя не изменится. — Дерен ухмыльнулся. — Если будешь вести себя разумно.

— Разумно? И что это значит?

— Слушаться меня, вот и все. Больше от тебя ничего не требуется.

Это стало последней каплей, и я вскочила — так резко, что стул, на котором я сидела, с грохотом упал. 

— Прошу прощения. Я должна отлучиться. 

Иначе я… Иначе… Один раз Мия, когда была ребенком, сказала, что когда она злится, у нее под кожей “огонь шипит!” Магии у нее и правда было в избытке, иногда дочурка буквально взрывалась.

Сейчас я тоже злилась так сильно, что “огонь шипел”. Но вот магии внутри совсем не чувствовала, хотя разнести тут все хотелось сильно.

Кивнув, я шагнула к двери и услышала короткое:

— Сядь. 

Таким тоном Дерен обычно разговаривал с раздражающе глупыми подчиненными. 

Качнув головой, я продолжила идти.

— Анджела. Я сказал — сядь. И мы продолжим разговор. 

 Уже в дверях он нагнал меня и перегородил дорогу.

— Вернись. За стол. Нам нужно все уладить. Есть определенные правила, которым мы оба должны следовать.

Я опустила взгляд — просто не могла посмотреть ему в лицо. Воздух вокруг нас стал густым, 

— Не припомню…. — Я сглотнула возникший в горле ком. — Не припоминаю, чтобы где-то существовало правило, которое велит приказывать истинным.

Истинные пары были редкостью, счастьем. Драконы любили и берегли истинных, Дерен как-то пытался мне объяснить, на что это похоже, но я не смогла понять. “Это как… всепоглощающее чувство, совершенно. Как у волка к полной луне. Ничто другое уж не имеет значения, ничего другого даже не видно”.

Я смеялась, он смущался: Дерен, серьезный и немногословный, тогда плохо умел выражать свои мысли, признаваться в любви — тем более. 

Даже ухаживал со мной исключительно в его стиле: дарил драгоценности, выбивал для меня самую лучшую комнату в общежитии, объяснял каждому альтернативно одаренному, что меня не стоит обижать.

О многом я узнала уже позже, конечно.

— Истинную? — поднял брови Дерен, а потом схватил меня за руку.  

 — Нет! — выкрикнула я, извиваясь.

Только не это, нет! Он же не знает, не может знать!

Но было уже поздно.

Дерен закатал длинный рукав моего платья, обнажив запястье.

— Истинную? Анджела, ты мне-то можешь не врать? Все давно в прошлом. 

Сжав мою руку, он поднес мое же запястье ближе к моему лицу.

Метки там не было.

Когда-то она была, яркая, золотистая! Аккуратный круг, похожий на луну, — такой же, как на запястье Дерена.

Она появилась у меня в тот же момент, когда я сшибла его с ног и уронила в грязь у ведущей в академию дорожки. Дерен сказал, что мгновенно почувствовал: я — та самая.

Сейчас на ее месте красовался только слабый контур.

Вырвавшись из хватки Дерена, я закусила губу и поспешила вернуть рукав на место.

Теперь я чувствовала себя голой.

Бракованная. 

Об этом шептались у меня за спиной с самого начала.

“Не может истинной дракон быть человечка! Еще и без магии! Что за котам на смех?”

“Да она эту метку себе нарисовала! Обманула его!”

“Кто же знал, что этот Эшборн такой дурак, поверил!”

Тогда слухи меня не волновали, особенно после рождения Мии, но в какой-то момент метка начала бледнеть. Я заметила это не сразу, прятала ее от Дерена, от самой себя. 

Носила длинные рукава и браслеты.

Думала, что он ничего не знает.

Бракованная. Не смогла родить сына, не смогла пробудить внутри магию, даже мужа удержать — не смогла. Старая, скучная.

— Вот как мы поступим, — заговорил Дерен удивительно мягко. — Ты сейчас вернешься за стол — и мы поговорим.