Ректор закашлялся и удивленно воззрился на меня. После этого мужчины обменялись выразительными взглядами. Но не успела я задать вопрос, как дверь снова распахнулась, и на пороге снова появилась секретарша.

– Декан боевого факультета, господин Росио Бланко прибыл по вашему вызову, – громко объявила она и посторонилась, пропуская внутрь нового посетителя. 

Я мысленно застонала. Кажется, сегодня не мой день.

Блондин успел сменить камзол и рубашку. Вместо лилового, теперь на нем был костюм песочного цвета. Меня декан боевого факультета подчеркнуто не заметил. Отвесил ректору формальный поклон и равнодушно спросил:

– Вызывали, господин Барт? Я сдал отчет вашему помощнику еще вчера. Неужели канцелярия его снова потеряла?

Ректор улыбнулся одними губами, и я вдруг поняла, что декана он на дух не переносит. И, кажется, это у них взаимно.

Господин Барт выразительно хлопнул по стопке документов и выразительно произнес:

– Что вы, господин Бланко. Ваш отчет на месте. Но мы с Правящим герцогом Запада хотим доверить вам дело чрезвычайной важности, с которым справитесь только вы. 

– Какое именно дело? 

Судя по лицу декана, новое поручение заранее не вызывало у него энтузиазма. Это он еще не знает, что за поручение. Точнее, кто будет этим поручением. 

Ректор откинулся на спинку кресла и благостно заявил:

– Мы хотим доверить вам настоящее сокровище Севера. Марта Лунд находится под опекой Правителей Северного герцогства. Дочь людей, которые отдали жизнь за них. Она принята на первый курс Академии Хранителей и будет вашей личной ученицей.

Я встала и отвесила декану подобающий поклон. Вот и познакомились…

Только в этот момент он наконец обратил на меня внимание. Лавандовые глаза изумленно распахнулись. По лицу декана Бланко я сразу поняла, что нашей встрече он совсем не рад. И дурочку, которая пятнадцать минут назад испортила его костюм, запомнил хорошо. 

Я выдавила улыбку, а он снова дернул бровью. А затем повернулся к ректору и возразил:

– Личная ученица? Но я декан боевого факультета, а не нянька. У меня хватает обязанностей…

Ректор перебил его:

– Не далее как вчера вы жаловались, что ваши бесценные боевые навыки пропадают зря. И вы, в то время как ваши товарищи патрулируют границы, вынуждены просиживать штаны за бумажной работой. Я даю вам прекрасную возможность оторваться от бумаг и передать ваши навыки подрастающему поколению. 

– Именно, господин Барт, боевые навыки. Боевые! А не педагогические.

– Герцог Скау дал вам столь высокую должность. На нее, хочу заметить, претендовали многие. Но выбрали вас. Так покажите нам, как нужно работать. 

Я оторопело наблюдала за их перепалкой. И начинала осознавать, что «лучшего учителя» мне дали далеко не из лучших побуждений. Не знаю, чем руководствовался герцог Скау. Но ректор Барт явно желал сделать молодому подчиненному гадость. И мне вовсе не хотелось быть этой самой гадостью. Но меня никто не спрашивал. 

Несколько мгновений декан сверлил своего начальника яростным взглядом. А тот продолжал:

– Приказ уже подписан герцогом Скау и мной. Леди Лунд будет учиться у вас лично. Отвечаете за нее головой. И ее успехи на поприще владения оружием тоже на вас. Не забудьте назначить личные уроки для леди. 

Бланко выдохнул сквозь сжатые зубы, а затем повернулся ко мне и прорычал:

– С-сокровище Севера, говорите... За мной.

Я подхватила злополучный футляр с оружием и отвесила ректору прощальный поклон. А затем поспешила вслед за своим новым учителем. 

Деканат оказался неподалеку. Пара поворотов, еще один длинный коридор, и я замерла перед еще одной дверью. Всю дорогу господин Бланко даже не смотрел на меня. И сейчас не удостоил взглядом, только резко повернул ключ и распахнул дверь.

Кабинет декана был полной противоположностью кабинета ректора. Ровные светлые стены, простой светлый стол и скромное кожаное кресло у огромного окна. В камине догорали дрова, а стену напротив него занимал большой книжный шкаф.

Ни стульев, ни кресел больше не было. Только то, в которое опустился декан. Похоже, посетителям здесь сидеть не полагалось. Или это такой хитрый ход, чтобы они здесь не задерживались?

Я замерла посреди кабинета, продолжая прижимать к груди футляр с оружием. А декан обмакнул перо в чернильницу и начал что-то писать, по-прежнему не глядя на меня.

Накатила тоска. Наверняка сейчас он составляет жалобу моим опекунам или очередной счет на возмещение убытков. Костюм – это ерунда. Но так не хотелось, чтобы все знали о том, что я нажила неприятности в первый же день.

Поэтому я робко начала:

– Господин декан Бланко…

– Что? – ровным тоном спросил он.

– Может быть, вы отправите письмо для моих опекунов завтра?

Тут он поднял на меня глаза и недоуменно переспросил:

– Письмо? Какое письмо?

– Вот это. – Я указала на лист бумаги перед ним. – Про костюм.