— Ну, пока нет, — сказала Аннет с печальной улыбкой. — Но мне всего двадцать. Мне нравится думать, что я еще не совсем старая дева! У меня должен быть шанс встретить мужчину, которого я могла бы полюбить, не так ли?

Она наклонила голову и печально улыбнулась ему. Филипп обнаружил, что склонен полностью согласиться.

— Впрочем, не обращайте внимания на мои глупые проблемы. Я бы никогда не вышла замуж за ужасного мужчину, которого выбрал мой отец. Я сказала ему об этом, и точка. Я бы предпочла умереть. — Она резко кивнула, будто вопрос был полностью решен. — А теперь расскажите мне что-нибудь о вас, Филипп. Я хочу знать о вас все.

Филипп понял, что они все еще держатся за руки, но не испытывал ни малейшего желания отпускать. Он объяснил, что приехал домой в отпуск из военно-морского флота, и ему было приятно видеть, что она выглядит разочарованной при мысли о том, что ему придется вернуться на флот через несколько недель. Он рассказал об успехах дяди и недавней покупке поместья. Он упомянул, как бы невзначай, что он был избранным наследником своего дяди.

Аннет рассказала ему о расточительном образе жизни своего отца, о том, как он растратил свое унаследованное состояние и влез в долги перед человеком, который хотел жениться на ней. Она описала мужчину, которого отец поощрял добиваться ее. Она подражала его голосу и разыгрывала его манеры, пока Филипп не обессилел от смеха.

Аннет задрожала, и Филипп нашел предлог накинуть одеяло им обоим на плечи. Пока они разговаривали до поздней ночи, она положила голову ему на грудь, и он поймал себя на том, что задается вопросом, встречал ли он когда-нибудь кого-нибудь столь очаровательного.

Они говорили обо всем и ни о чем, и им было легко в обществе друг друга. Их пальцы переплелись, будто они были старыми друзьями или знакомыми любовниками. Это продолжалось все дольше и дольше, до поздней ночи. Их сонный разговор перемежался смехом, и Филипп поймал себя на том, что смотрит в ее темные глаза, словно загипнотизированный.

Птица запела, возвещая приближающийся рассвет, и внезапно Аннет с восклицанием села.

— Боже мой, Филипп, о чем я только думала! Я должна идти.

— А это обязательно? — Филипп провел пальцем по линии ее подбородка, — Не могли бы вы остаться еще немного.

— О, я не могу, Филипп, но… — Ее глаза умоляюще искали его глаза, вы встретитесь со мной снова завтра вечером? Увидимся снова до полуночи, Филипп? Пожалуйста, скажите, что придете.

— Аннет, — улыбнулся Филипп, когда она взяла весла и начала грести обратно к берегу, — конечно, я приду завтра вечером.

Когда лодка коснулась берега, Аннет осторожно вышла из лодки, а затем заколебалась.

— У меня должен быть шанс встретить мужчину, которого я могла бы полюбить, не так ли? — мягко повторила она свой предыдущий вопрос, и улыбка изогнула ее губы.

— Конечно, должен, — Филипп потянулся к ее руке, но она уже отступала в тень.

— Обещайте мне, что придете завтра снова! — крикнула она.

— Я обещаю, — рассмеялся Филипп.

Он вернулся в свою комнату и заснул с улыбкой на лице, когда рассвет окрасил небо розовым теплом.

— Ты выглядишь измученным, мой мальчик, — воскликнул дядя за завтраком.

Филиппу пришлось подавить зевок, прежде чем он смог согласиться.

— Боюсь, я не мог уснуть из-за жары, дядя Клод. Прошу прощения, если я не лучшая компания этим утром.

— Прошлой ночью было душно, не так ли? Если бы я не выпил столько портвейна, сомневаюсь, что сам бы заснул. Как бы то ни было, на рассвете я проснулся с жуткой головной болью, и, наверное, так мне и надо.

Он наклонился, чтобы долить Филиппу чаю из чайника.

— Я подумал, что мог бы пойти и осмотреть поля этим утром, чтобы ты мог спокойно провести ленивый день и чувствовать себя как дома. Отдохни немного, парень, ты выглядишь как смерть.

Филипп чувствовал себя немного виноватым из-за того, что не упомянул Аннет при дяде, но оправдывал это перед самим собой тем, что с его стороны было бы не по-джентльменски обсуждать свою встречу с этой дамой.

Как только дядя ушел, Филипп вернулся в постель и не просыпался до полудня. Он был зол на себя за то, что потратил впустую так много времени, но после легкого ланча, приготовленного миссис Дженнетон, он решил наверстать упущенное.

Филипп провел вторую половину дня, полностью исследуя как территорию, так и особняк. Он ознакомился с планировкой и не мог не почувствовать прилив радости от того, что такое место однажды может принадлежать ему. Он представлял себе жизнь там, с женой и детьми, и перед его мысленным взором предстала его жена с волосами цвета воронова крыла, а у их детей была ее улыбка.