— Ты просила продлить аренду, но, посовещавшись, мы приняли решение перевезти твои вещи сюда и не тратить деньги попусту, — ответил лунный, указывая себе за спину. — Ты же все равно собиралась съезжать.

У стены стоял мой небогатый багаж, состоящий из стопки связанных книг, приличного тюка с вещами и небольшой сумки с личными мелочами и письменными принадлежностями.

Я не могла отказать им в логичности, но осознание того, что они прикасались к моим вещам, ранило до глубины души. Больно.

Это очередная игра, в которой они заботливые и нежные принцы, а я должна испытывать благодарность за такое внимание. Только вот ничего, кроме злости, как-то не выходило, и упавшие на край стола серебряные монетки, которые я им давала, звоном отлетели от опустевшей души.

— Не стоило. А теперь отдай, пожалуйста, книгу, — потребовала я, стараясь сохранять спокойствие. — Вы и так уже узнали все, что хотели. Она вам больше ни к чему.

— Не все, — не согласился брюнет. — Ты обещала рассказать и показать, чем именно мы тебя бесим. Но это ты должна за вещи. А за книгу я потребую кое-что другое.

— Ты не можешь требовать что-то за то, что принадлежит мне.

Усталость уже сквозила в голосе, и колючий комок царапал горло, заполняя слезами глаза.

Только разреветься не хватало из-за этих… рептилий.

— Я не собираюсь ее отнимать, просто прочту до конца. Если ты сама не хочешь идти на контакт, придется искать дорожки к твоему сердцу через записи. Огонечек, — почти ласково протянул брюнет. — Давай попробуем начать все сначала?

— Сперва верни книгу.

— В обмен на твое согласие, — вытянув руку с записями ко мне, брюнет не собирался играть, даже не сомневаясь, что я могу схватить ее, не дав обещания.

Он будто бы делал первый шаг к примирению, сделав уступку со своей стороны, и мое сердце на секунду дрогнуло. Но лишь на секунду, потому что в следующую я уже выхватила блокнотик из широкой ладони и прижала к груди.

— Ладно. Будь по-вашему.

«Ироды», — дополнила мысленно и поджала губы.

Глава 5

— Тогда давай уже поужинаем. Солнце давно село, — напомнил лунный, кивнув в сторону окна, за которым пропал свет, пока я спала. — Еда стынет. Положить тебе салат?

Отвечать не хотелось, а есть очень даже, поэтому я понуро кивнула, устраиваясь со своей сторону стола, где стояла пустая тарелка.

— Чаю? — поинтересовался обсидиановый. Получил еще один кивок, поднял медный чайничек в руку, расплескивая по металлу алые всполохи. — Горячий, осторожно.

Как назло, было так вкусно, что жевала я очень интенсивно, а вот разговор не клеился. Все молча ужинали, время от времени переглядываясь и продолжая сохранять неловкую паузу.

— Так ты согласна?

— С чем? — потеряв от сытости память на обиду, спросила я.

— Попробовать все сначала, — напомнил блондин, протянув мне свою крепкую ладонь с идеальной формой ногтей. — Киррас Дрейк. Дракон Лунного дома, Первый Коготь Дрианиша.

Мысленно присвистнув от титула, я стряхнула крошки с руки и потянулась вперед, чтобы ответить на рукопожатие, но блондин неожиданно притянул мои пальцы к губам, оставляя на костяшках отпечаток теплого поцелуя.

Брюнет прокашлялся, привлекая внимание и намекая, что прикосновение пора уже прервать. И мне ничего не оставалось, как отняв пальцы у блондина, смущенно опустив глаза.

— Тайрос Рейвен. Дракон Обсидианового дома. Первый Клык Дрианиша.

Да ладно? Два любимчика повелителя и в одном месте? Это же надо, как мне везет. Точнее, не везет, если вдаваться в подробности.

— То есть вы знакомы? — на всякий случай уточнила я, уже зная ответ на вопрос.

— Давно, — улыбнулся лунный. — Нам приходилось часто сталкиваться лбами. Так как тебя зовут, огонечек?

Краснея под вопросительными взглядами, я несколько раз сглотнула, прежде чем разомкнуть губы, и, признаться.

— Ханнари. Ханнари Ширин.

Та-а-ак, еще секунда, и-и-и-и…

Как я и предполагала, громкий мужской смех поднялся к потолку, и два запрокинутых подбородка вызвали страстное желание по ним щелкнуть, чтобы прекратить этот поток неоправданного веселья.

— Ну, хватит уже! Не так это и смешно!

— Очень смешно, «смешинка сладкая», — прекратив наконец заливаться, произнес лунный, растягивая губы в широкой улыбке. — Какое красноречивое, а главное, подходящее тебе имя, Ханнари.

Он посмаковал его на губах и, похоже, удовлетворившись послевкусием, прикрыл глаза, громко заурчав.

Когда я впервые раз услышала этот звук, была уверена, что седых волос на моей несчастной голове прибавится, а оказалось, что так драконы выказывают свою искреннюю симпатию.

Так что сейчас я даже не вздрогнула, лишь удивилась реакции мужчины на такую простую вещь, как мое имя.

— Тебе правда идет, Ханнари, — подтвердил брюнет, наполняя мою кружечку новой порцией чая. — Здесь нечего смущаться.

— Я не смущена. И уже давно привыкла к такой реакции. Вы не первые.