– Готово! – воскликнула я, когда членистоногое оказалось полностью и всецело в моей власти. – Убирайте колпак.

Паук дёрнулся, но, осознав тщетность своих действий, шустро зашевелил антеннами, и через секунду на карте высветилось слово, которое непринято употреблять в приличном обществе.

– Это нормально! – пискнула я, заметив, как от удивления вытянулось лицо двуликого.

Поняв, что сейчас склонного к сквернословию духа могут размазать по паркету, несмотря на всю его ценность, я аккуратно раздвинула антенны пальцами и нажала на белую точку между ними.

Хранитель последний раз судорожно дёрнулся и замер, замигав равномерным голубоватым сиянием, а вместо ругательств на карте стали проступать серебристые нити паутины, увенчанные крупными, похожими на ртуть каплями.

– Паук слеп, – сказала я, – но когда вы первый раз заходите на охраняемую им территорию, он запоминает вас. Меня он запомнил как мисс Сольду, а вас – как её телохранителя, ибо именно такую информацию ему передал охранник.

– Значит, если гости назывались липовыми именами, мы ничего не узнаем?!

– Узнаем! Но мы не сможем увидеть цвет волос, кожи, глаз…, – я запнулась, думая, как лучше объяснить Джареду принцип работы сетей, но решила, что будет проще один раз показать, – смотрите.

Я запустила паука в центр карты, а он тут же запустил лапки в паутину и блаженно задрожал, поняв, что больше его мучить никто не собирается.

Дождавшись, пока Хранитель синхронизируется с картой, и паутина засияет ярче, я прикоснулась к одной из ртутных капель, и над ней тут же возникло изображение крупного плечистого мужчины.

Фигура напоминала мраморную статую, подсвеченную нежно-голубым сиянием, но черты лица при этом были чётко различимы.

– Видите? – спросила я.

– Вижу, – потрясённо прошептал Джаред.

– И это не всё, называя дату и локацию, мы можем узнать, кто заходил в нужное нам помещение. Также мы можем назвать имя и нужное время, чтобы узнать, где гость находился в определённый промежуток времени.

– А вы можете узнать имя этого мужчины?

– Да, паук напишет на карте имя, которым гость назвался на входе. Конечно, таких крупных игроков, как Алонзо Герра или Лерик Озерри мы таким спосо…

Паук задрожал, а над участком паутины, покрывающей кабинет Даррелла, появилась новая капля.

Да ладно?!

Не веря в происходящее, я дотронулась до неё и тут же отпрянула, когда капля трансформировалась в высоченного худощавого мужчину с жёстким, будто высеченным из камня, лицом.

– Дон Герра, – прошипел Джаред, – какая встреча…

По губам оборотня скользнула кривая ухмылка, а в глазах полыхнула жгучая, застарелая ненависть. Казалось, ещё немного и от его злобы загорится не только иллюзорная фигура Алонзо, но и весь кабинет.

Я хотела что-нибудь сказать и немного разрядить обстановку, но меня опередили…

Сидящий в центре карты паук принял недовольство двуликого на свой счёт, и начал судорожно перебирать лапками, пытаясь улучшить качество изображения. Фигуру дона Герры передёрнуло рябью, и через мгновение она стала ещё чётче и контрастнее.

А перепуганное членистоногое отползло подальше от оборотня и сжалось в пушистый комочек.

– Что он делает? – спросил Джаред, заметив паникующего Хранителя.

– Кажется, прошлые хозяева не слишком церемонились с духом, – сказала я, глядя на несчастного паука, – он решил, что вы разозлились из-за него и решил улучшить качество иллюзии.

– Мне казалось, что теперь вы его хозяйка. Разве нет?

– Да, всё правильно. Но по какой-то причине он считает главным вас, а не меня.

– Возможно, он отталкивается от поведения своего прошлого хозяина? – предположил Джаред.

Хм… а что, вполне возможно! Если он видел, как Дарреллу отдавал приказы Орест Крэс или Алонзо Герра, он вполне мог посчитать, что главный здесь Джаред, а я – такая же собственность оборотня, как и он сам.

Но магия сетей всё равно не позволит ему слушаться Сольвэнгу. Значит…

– Он привык, что кто-то приходил к Джонатану Даррелу и заставлял того повторять свои приказы, – озвучив свою внезапную догадку, я ещё раз внимательно посмотрела на паука.

Воспользовавшись тем, что к нему временно потеряли интерес, бедняга уполз в самый край карты и попытался слиться с полом, прикрывшись сверху плотной иллюзорной сетью.

– Хранитель боится вас и считает главным, но без меня он не имеет права отвечать на ваши вопросы, – продолжила я, – а значит, кто-то регулярно приходил в клуб и требовал у Даррелла отчёты о перемещениях гостей внутри клуба.

– Или не гостей, – Джаред рефлекторно потянулся к лежащему в кармане портсигару, но, вспомнив, что я не курю, вздохнул и вернулся к изучению иллюзии Алонзо, – мы можем спросить, кого именно он боится?