В общем, как-то меня этот окрик всё-таки отрезвил. А напоминание о брюнетке даже вызвало злость. Вот и замечательно. Потому что ещё немного, и я бы, развернувшись, сама впилась поцелуем ему в губы...

Но теперь всё же сумела запустить ток силы. Выпустила энергетическую нить. А дальше... уже действовал Лорэн. Я же просто училась, что и как нужно делать.

Раз. Два. Три...

Потом начала пробовать сама, но по-прежнему под его чётким руководством.

Постепенно он ослаблял контроль, передавая мне всё больше инициативы.

Вот наступил момент моей полной самостоятельности. Куратор отстранился. Мурашки передохли с жалобными стонами. Но я, полностью сосредоточившись на работе, уже не обращала на них внимания.

Последовали неизменные десять повторений освоенного.

После чего мне захотелось присоединиться к мурашкам – то есть тоже сдохнуть. Ну, как минимум, рухнуть на кровать выжатым лимоном.

Однако не успела.

— Вообще, если ты будешь использовать магической зрение и видеть то, что делаешь, работать станет легче, — произнёс Лорэндаль, вновь вставая у меня за спиной. — Попробуем?

Мурашки, предчувствуя новые объятия, моментом встрепенулись – вот же живучие гады! – и заорали на тысячу голосов «Да! Да! Да!»

Ну, в общем-то, предложение и правда наверняка дельное.

— Конечно, — ответила я.

— Тогда выпускай энергетическую нить и постарайся её увидеть, — меня опять прижали к невыносимо литым мускулам груди.

Полминуты полной прострации, и я всё-таки заставила себя вспомнить, зачем мы здесь. Хотя буйная фантазия уже рисовала... Ох, каких только провокационных картинок она мне ни подкидывала!..

Наконец включить магическое зрение мне удалось лишь минут через десять. Энергетическая нить к тому моменту уже давно держалась исключительно на магии наставника.

Но даже если забыть об этом, результат по зрению, Стелка, всё равно просто отвратительный! Магистр Вирайн ведь сказал – не больше полминуты. Эх, тренироваться мне и тренироваться...

А этот шатенистый садист ещё и заставил придвинуть к себе камень с включённым магическим зрением. Затем велел выключить и... повторить всё сначала.

Нет, правильно про него Данриса сказала, что он и мёртвого заставит научиться – в смысле, на его обучении точно сдохнешь!

С переходом на магическое зрение я снова провозилась не меньше, чем в первый раз. Придвинуть камушек – это уже были мелочи жизни.

На третий раз чуть было не переусердствовала с потоком силы к глазам. Но Лорэндаль, оказывается, зорко следил и за этим.

А после четвёртого повторения меня откровенно перестали держать ноги. Кажется, я натурально обвисла в объятиях куратора.

— Передохни-ка.

Он заботливо отнёс меня на кровать. Где я и распласталась практически трупом.

А Лорэндаль, как и в тот раз, взял меня за руку, приводя в чувство мой несчастный организм. Правда, поначалу я была уверена, что сейчас мне уже ничто не поможет.

Ан нет, ошиблась – через пару минут уже ощущала себя вполне свеженькой. Однако вставать ещё не хотелось.

— Лорэн, откуда же у тебя-то столько сил?! — вопросила я с искренним непониманием.

Ведь, постоянно держа всё под контролем, он, по идее, должен был тратить сил даже больше, чем я. Потом ещё эта подпитка. И всё равно у него не наблюдалось ни малейших признаков усталости. Нет, конечно, он – мужчина, а я – женщина... Только вряд ли та же Фортейл валялась бы от такой ерунды пластом.

— От тренированности, — улыбнулся шатен. — Почти двадцатилетний опыт, как говорится, не пропьёшь.

— Двадцатилетний?! — вытаращила я глаза.

Он кивнул:

— Я же рассказывал тебе, что учился магии с раннего детства. Конечно, не с самого рождения, но лет с четырёх-пяти отец уже начал меня чему-то потихоньку обучать.

— Только отец? А мама? — уточнила я. Вроде бы он говорил, что маги у него родители, а не родитель.

Лорэндаль засмеялся:

— А мама пыталась его урезонить: «Не мучай ребёнка! Дай ему хоть раз спокойно поиграть!»

Я тоже невольно улыбнулась. Наверное, на её месте также пыталась бы оградить малыша от столь ранних занятий.

Сразу вспомнилось, как папа решил пересадить меня с трёхколёсного велосипеда на двухколёсный, а мама бегала вокруг и паниковала»: «Ты с ума сошёл! Ей ещё рано!» А я ехала такая гордая – типа уже большая – пока отец держал меня сзади за седло. Но стоило ему убрать руку – навернулась, едва осознав, что поддержки-то больше нет!

Эх, как там мои бедные мама и папа?!.. Уже узнали, что я пропала, и теперь льют безутешные слёзы?

— Стелла, что с тобой? — с тревогой спросил Лорэн, очевидно, заметив, как резко я погрустнела.

— Со мной – ничего, — вздохнула печально. — А вот мои родители наверняка переживают из-за моего бесследного исчезновения. Ведь как пить дать решат, что меня уже вовсе нет в живых.

Он тоже посерьёзнел. И вдруг заявил:

— Не решат. Им передадут, что ты жива.