В себя я пришла далеко не сразу. И первое, что услышала, был холодный голос матери.

- синий корень. Затем мы пробовали воды священного доргского озера, крамадийский ритуал изгнания демонов, очищение огнём в храме гномов, пытку ядами у нагов…

- Все семнадцать смертельных ядов не дали результата, - вставил папа.

- После я почти год носила ограничивающую магию браслеты, они работали и весьма неплохо, но, стоило их снять, я окончательно заледенела и больше браслеты не оказывают на меня влияние, - продолжила мама.

- К слову, браслеты теперь совсем не работают, как и прочие магические затворы, что не раз помогало нам избегать… опасных ситуаций.

- Смерти, - без намёка на дипломатичность выдала леди Дерэм с недовольными нотами в голосе.

- Мы попробовали всё, до чего дотянулись. Всё, - с долей обречённости в тяжёлом выдохе проговорил папа.

- А что вы делали в Линданаоссии?

Я навострила ухо, не разобрав, кто именно задал главный вопрос. Показалось, что Амира. Но откуда она в Улинде? Да и тон слишком серьёзный, ужасно ей не подходящий.

- В Линданаоссии прошли четыре ритуала, а после леди Дерэм погрузили в магический сон и на месяц оставили в специальной зеркальной комнате, открыв шкатулку с солнечным камнем. А! Подземные и подводные водопады тоже не работают, как и кровопускание с приёмом различных зелий. Кажется, всё основное перечислили.

- Также были у султана Нарадамира и приложили его кровавый перстень к сердцу — ни капли не помог, - напомнила мама.

Её голос был ровным и совершенно ничего не выражающим, но я порадовалась, что она хотя бы так пытается мне помочь. Или не мешает людям, которым я небезразлична.

Прислушалась к ощущениям. Эмоции присутствовали. То есть проклятье пока не захватило меня. Может, мазь хоть немного сработала?

Приоткрыла один глаз и тут же зажмурилась. Я лежала в ореоле лунного света, притом очень неудобно. И подмерзала. А людей не видела вовсе, только слышала их голоса.

- Вы всё записали? - Вновь послышался голос Амиры с непривычно-царственными интонациями.

Неужели я в Роанадаре? Сколько же я спала?

- Да, ваше высочество. Мы проанализируем полученную информацию и сообщим вам о результате.

- Благодарю. Все свободны.

Голос обычно весёлой и шаловливой принцессы напоминал лёд, словно её тоже поразило проклятье лавового демона. Кажется, она была сильно недовольна. Отчего же, интересно? Родители ей всё рассказали.

Звякнули цепи, и я услышала голос отца.

- Вы нас не отпустите?

- Пока нет.

- Но!.. Это непозволительно! Мы ответили на все вопросы. Мы её родители, а не враги.

- Потому продали дочь в Линданаоссию? - ядовито уточнила Амира, куда сильнее напоминая себя прежнюю, чем в начале разговора.

- Продали?! - задохнулся отец, потеряв самообладание. - Мы хотели её спрятать подальше от Суинна Фусод Сорро! Защитить!

- Вы подписали брачный договор после свержения лавового демона, более того, после его смерти. Или вы думали, мы не проверим данные в храме?

Если бы могла, поаплодировала бы выдержке принцессы драконов. Она была хороша. Идеальный контроль эмоций. Приятный тембр, спокойное, мелодичное звучание. Безукоризненно рассчитанная доля сарказма. Капелька яда для остроты ощущений. На грани оскорбления. Я бы не смогла лучше.

- Храм не предоставляет подобные сведения, - включилась в непростой разговор мама, громыхнув цепью.

Да что же это такое? Почему они в оковах, ещё и таких тяжёлых, если доверять звукам?

- Храмы Улинда давно перестали поклоняться великим богам, - завуалировано ответила Амира на вопрос. И велела: - Уведите.

Я не знала, что и думать. Судя по всему, я в Роанадаре, во владениях правящей семьи. Вряд ли, во дворце, там слишком много посторонних ушей и глаз. Но почему родители здесь, ещё и в оковах? Почему их допрашивает Амира? Где Рейган? И зачем допрос проводили впритык ко мне, а не в казематах?

Или я в тюрьме?!

Потому здесь так холодно?

От сумасшедшей мысли молниеносно проснулась. Тяжести в голове как не бывало.

19.10

- Амира! - выкрикнула я.

Попыталась выкрикнуть. Но голос был таким слабым, что вышло едва слышное «Ами-а-а». На моё счастье чуткий слух принцессы спас ситуацию, и я сразу услышала дробный стук каблучков.

- Эстер, ты проснулась? Скажи что-нибудь, постучи пальчиком или любой звук издай, я не вижу тебя, ты в специальном лечебном ложементе.

- Да, - вновь на грани слышимости, почти беззвучно, прошептала я. И попыталась собраться с силами, произнести внятно: «Голос не слушается», но не вышло. Хорошо, Амира всё понимала.

- Не двигайся! Лежи и медленно-медленно дыши, а я пока сбегаю за лекарями и водой! - быстро проинструктировала подруга. - Ничего не говори, всё равно непонятно.