— Нет! Но, вероятно, у него такой же высокий уровень дара, как у нее.  Ее мать была довольно слабой магичкой. Целительницей. Грегори обладал даром не выше шестерки. Был магом воды. А у этой... магия огня и целителей, а сила магического дара самого высшего уровня.

— Десятка? — Честон уставился на меня с непроницаемым выражением лица. Я кивнула в ответ.

— Я не почувствовал силу твоего дара.

— Здесь я ношу артефакт, сдерживающий магию, — пояснила я дрожащим голосом, указав жестом на простого вида кольцо на безымянном пальце левой руки. В голове же болезненно пульсировала одна назойливая мысль: «Папа — не мой настоящий отец?! Я не Уэст?! Или это домыслы обиженной женщины?!»

Я тихо добавила:

— Снять его смогу только за пределами поместья. Как только пересекаю границу, возникает такая физическая возможность.

«Я не Уэст. Все знали, но молчали...»

— Ее магия нестабильна! — процедила тетя. — Однажды эта дрянь чуть не убила Ари. Поэтому стала носить кольцо.

— Наверное, мисс Мейсон спровоцировала Кимберли? — уверенно заявил Честон, но я уже не слышала ответ тети.

Наконец, я узнала истинную причину того, почему бабуля настаивала, чтобы я не привлекала к себе внимание высшего общества королевства. Видимо, мой настоящий отец один из высокородных.

***

Спасибо за ваши комментарии и ❤️❤️❤️, которые вы дарите истории! 

Глава 4.1 Роджер Оллин

 /Ричард Честон/

— Чего мы ждем? — поинтересовалась рыжуля, бросив на меня косой недовольный взгляд.

Мы расположились в экипаже и, похоже, мисс Уэст не терпелось покинуть негостеприимный дом родственников: девушка ерзала на месте, нервно сжимала пальцами ткань коричневой юбки и кусала и так уже искусанные губы.

— Не чего, а кого. Роджера Оллина. Того самого, из-за которого, собственно, мы с тобой вляпались в эту сложную историю.

Кимберли кивнула, вздохнула и мне показалось, что она ворчливо буркнула под нос: «И почему я не удивлена?». Но, возможно, мне показалось. Не могла же Ким знать Оллина и то, что вокруг него или с ним постоянно что-то происходит?

Девушка снова уставилась в окно, о чем-то грустно размышляя. О её мыслях я догадывался и не мешал. Да и мне было, о чем подумать.

Леди Мейсон ответила на все вопросы, после чего у женщины началась истерика. Она то плакала, то истерично смеялась, то заламывала руки, а потом вдруг бросилась на Ким.

Ее удержал муж. Джордж Мейсон выглядел подавленным, но в карих глазах застыла решимость. Я же поймал себя на том, что совсем не хочу знать, что произойдет в семействе Мейсонов после моего ухода.

И сообщил лорду, что в отношении его жены будут предприняты определенные меры, но какие не стал уточнять. Я и сам пока не знал. Нужно было подумать. Если бы Мейсоны не являлись родственниками Кимберли, все было бы намного проще.

Кимберли Уэст нахмурила тонкие брови, а я поймал себя на том, что, несмотря на то, что случилось ночью и этим утром, я в хорошем настроении. Я смог исправить ситуацию и спасти репутацию невинной и прекрасной девушки. А из поместья Мейсонов я увозил не только невесту и соглашение о помолвке, но и древний артефакт, который потомки драконов считали навсегда утерянным.

Созданный несколько веков назад талантливым артефактором, он позволял преодолевать защиту, установленную драконами. Как артефакт попал к леди Мейсон, та из-за истерики не смогла внятно объяснить, зато рассказала, почему применила его. Когда она не смогла попасть в комнату Ким, то решила, что это я поставил защиту на комнату ради Оллина, случайно узнав, что мой друг там с девушкой, а его хотят подловить. Джулия Мейсон воспользовалась артефактом, который и приготовила ради этого вечера. Из-за меня.

Дверь экипажа, наконец, резко распахнулась, и в салон тяжело заполз Роджер. Именно заполз, чуть ли не на карачках. Ожившее умертвие, наверное, выглядело бы симпатичнее, чем он. 

Бледный, со всклокоченными темными волосами, с перекошенным лицом, друг плюхнулся рядом с Ким, даже не заметив её, прислонился затылком к стене и закрыл глаза.

— Дерьмовое утро, — процедил он сквозь зубы.

— Роджер, с нами находится леди.

— Дерьмо! — поморщился Оллин и приоткрыл один глаз, которым с раздражением стал искать эту самую леди, из-за которой он теперь должен сдерживать себя.

Я же постучал в стенку экипажа, и тот тронулся в путь.

Мутный недовольный глаз вдруг потрясенно застыл на рыжуле, которая со скепсисом уставилась на нашего третьего пассажира. Роджер медленно развернулся и недоверчиво уставился на девушку уже обоими глазами.

— Ким?! — выдохнул Оллин, и столько радости заключалось в одном этом слове, что я обалдел. — Как же я рад тебе! Что ты здесь делаешь, красавица моя?

— Еду. В столицу. Как и ты.

Голос Кимберли прозвучал сухо и спокойно, поэтому резко контрастировал с интонациями друга.

— Ким, милая моя, голова трещит! Спасешь меня?!

— Пока помочь не могу, — покачала головой девушка.