— А сказать раньше вы не могли? — побледнела я.

 — Когда раньше?

  — До того, как я умудрилась нахамить королю и выгнать его из спальни королевы!

Глава 17

Мы вернулись домой спустя половину дня, когда Глен заверил не только меня, но и Блейка, что короли не додумаются ворваться в поместье моих мужей, чтобы снова отправить меня в камеру. И угрожать мне казнью и тюремным заключением больше не планируют.

 Хотя больше, чем прямые угрозы, меня пугал возможный гнев на бесцеремонное обращение. Как показывала история и практика, короли — очень обидчивые существа. Даже пара неправильно подобранных слов могла привести к войне, а уж попытка выгнать из спальни жены…

Сидя в гостиной, мы обсуждали дальнейший план. Точнее, Глен и Блейк уговаривали меня отправиться завтра во дворец, чтобы короли официально сняли с меня обвинения. Я в который раз передернула плечами, слушая заверения Глена о том, что короли Далерии — Иштон и Эрон — не слишком обижаются на неформальное обращение и не похожи на высокомерных и глупых правителей некоторых стран. По крайне мере, в определенных ситуациях они логичны и последовательны.

 — И вы уверены, что мою ситуацию можно отнести к этой определенной, когда короли стерпят подобное отношение? — спросила я, откидываясь на мягкую спинку кресла.

 Мебель в гостиной была отличного качества, куда лучшего, чем можно было достать в Остеоне даже за большие деньги. Да и магические светильники приятнее привычных факелов: не чадят и прекрасно разгоняют вечернюю темноту.

— Леди Марион, клянусь, что вам больше ничего не угрожает! Никто не отправит единственного лекаря, способного спасти Алисию, в тюрьму, — заверял меня Глен.

 — А откуда вы знаете, что способного? Откуда уверенность, что я помогла Алисии, ведь ваши лекари не могут лечить на таком уровне, разве нет?

 — Но они могут определять состояние человека. Возможно, медицина у нас сейчас не на уровне Остеона, но магическая диагностика хороша. И все хорошо понимают, кто помог королеве, — мягко сказал Глен. — Хотите, я завтра с вами съезжу во дворец? Побуду гарантом ненападения? Я ведь родственник королей, потому могу стать вашим щитом, если хотите.

 — Эффективнее будет, если с Марион поеду я, — возразил Блейк. — Мы всегда можем быстро убежать в наш домик.

 — Я все равно не понимаю, почему я должна идти во дворец, — вздохнула я. — На моем присутствии ведь не настаивают, верно? Так не лучше ли подождать, пока короли определятся с решением?

 — Они уже определились. Марион, вы единственная, кто на данный момент может лечить Алисию во время этого… приступа. Наши лекари вообще не понимали, что с ней, как нужно действовать. Поэтому сейчас вы человек, о чьей безопасности будут печься больше, чем о жизни всех верных подданных вместе взятых, — устало ответил Глен. — Я не знаю, как убедить вас, что в Далерии вы в безопасности.

Мое упрямство и мой страх наверняка раздражали его. По логике он прав, но из-за моего опыта мне было трудно поверить, что монархи будут снисходительны.

 — В безопасности, да? — вдруг зацепилась я за слова Глена. — Могу я спросить кое о чем насчет брака и связей?

 — Разумеется, — ответил Глен. — Любые вопросы, мы с Блейком постараемся ответить как можно подробнее.

 — Если я правильно понимаю, то брак в Далерии скрепляется невидимыми магическими узами, которые невозможно разорвать? То есть, как мне говорила Алисия, до подтверждения брака их еще можно убрать, если убить кого-то из супругов, а вот после… кхм… первой брачной ночи, если я верно поняла, эти узы становятся нерушимыми и даже смерть ничего не изменит? Да?

 — Да, все верно, — ответил Блейк. — Леди Марион, вы хотите консуммировать наш брак, чтобы быть уверенной в собственной безопасности?

Я молчала. Как-то совсем нехорошо звучали слова Блейка. Словно я собираюсь воспользоваться своими мужьями как вещью, не считаясь с их чувствами. Я нахмурилась, ведь имела в виду совершенно другое! Я всего лишь хотела уменьшить давление внешних обстоятельств, а не сказать, что буду спать с мужьями только потому, что это обеспечит мою безопасность.

Вот только как теперь объяснить все, я тоже не знала. Но знал Глен, который задумчиво посмотрел сначала на меня, потом на Блейка, демонстративно вздохнул, прежде чем сказать:

 — И что бы вы без меня делали? Никто ни с кем спать не будет. По крайней мере, пока мы точно не будем желать именно этого дела ради этого дела, уж простите, что говорю иносказательно, я всего лишь жалею ваши невинные ушки, леди Марион, — сказал Глен, а я поспешила его заверить: