– Зная историю колье не трудно догадаться, что Мари не рассталась бы с ним добровольно, – продолжил альраун, – а заподозрив неладное владыка мог и напрямую спросить у русалки, сама она взяла жемчуг или получила в дар?

– Точно, – вздохнула, вспомнив склизкие прикосновения озёрницы.

– В отличие от вас русалки знали, с кем имеют дело, поэтому и испугались, – добавила Люсьена.

Саиф Нери по праву считался сильнейшим боевым магом империи. Ходили слухи, что за своё могущество он продал душу Первому дракону, и с тех пор не проиграл ни единого сражения. В подобное не верила и считала бреднями столичных сплетников, но в том, что владыка невероятно силён и опасен, сомневаться не приходилось.

Однажды я случайно увидела досье на грозового владыку в кабинете отца. Перечень боевых заслуг дракона поражал воображение, но несмотря на это, из списка моих «женихов» Алваро вычеркнул его первым.

Наша магия была абсолютно несовместимой, и штаб-лекари опасались, что во время брачного ритуала Искра Саифа может «погасить» мою. Поэтому отец не раз предупреждал меня, чтобы даже не приближалась к владыке, если тот прибудет во дворец по делам.

До сегодняшнего дня этот запрет никак не волновал меня, а теперь я собиралась осознанно нарушить его, при чём заручившись поддержкой главного императорского лекаря. Правда... Суарес не знал на кого именно я упала. Может стоило рассказать подробности?

– Ваше Высочество, мы письмо писать будем? – Люсьена осторожно коснулась лапкой моего плеча. – Если воробьиный отряд сэра Дубовича будет следить за драконами и собирать деревенские слухи, лучше сразу поручить им разузнать и адрес владыки.

– Поддерживаю, – добавил Гортензий. – Не стоит птиц по нескольку раз гонять, мы же потом не расплатимся!

Словно подтверждая его слова, в окно моей спальни тихонько постучали. Трижды и с определёнными временными промежутками.

– Я открою! – оживился альраун. – Это белки пришли.

Гортензий рванул к балкону и, выпустив несколько корешков, повернул оконную ручку. Едва рама отъехала в сторону, в комнату ворвалась орда пушистых разбойниц. Не успела я сосчитать их, как вперёд вышла одна самая деловая и пушистая.

На шее у зверька висел мешочек с очередной лесограммой.

– Снова послание от сэра Дубовича? – уточнила.

– Да, – отозвался альраун, забирая письмо. – И господа хотят получить обещанные «чаевые», – добавил, едва белка что-то тихонько пискнула.

– Минутку, – улыбнулась и направилась к вазе с кедровыми орешками. К счастью, их было очень много, должно хватить на всех.

Пока раздавала «чаевые», Гортензий ознакомился с посланием и даже написал ответ Дубовичу. Только отправить мы его не успели.

В коридоре послышались до боли знакомые мужские шаги. Его Величество император Лиркады лично прибыл в Весенний дворец...

ГЛАВА 6: О воробьиной почте и «счастливых» невестах

– Тревога! – взмахнула руками.

Белки бросились врассыпную, а я стрелой рванула к валяющемуся на полу плащу и лаптям.

Отец не Суарес, если увидит их – устроит допрос с пристрастием. А после...

Ох... Представив, как он отреагирует на ночную вылазку, я невольно вздрогнула. Характер у Алваро был тяжёлый, и хоть во мне он души не чаял, наказание за подобный проступок будет суровым.

Я нарушила все возможные запреты и поставила под удар честь семьи. Если пойдёт слух, что принцесса огненных драконов плавала в русалочьем озере вместе с обнажённым мужчиной, разразится чудовищный скандал, который ударит не только по мне, но и по репутации сестёр.

Даже если удастся всё объяснить и убедить отца, что самого заплыва никто не видел, а между мной и Саифом ничего не было, встретиться с грозовым владыкой снова мне уже никогда не позволят.

Алваро не верил в магию Серебряных ночей и считал, что переписать судьбу невозможно. Он и слушать ничего не станет, телепортирует в столичную резиденцию и запрёт там до свадьбы с Аргваром...

– Мари, я знаю ты не спишь! Открой, нам нужно поговорить, – едва я метнулась в гардеробную, в дверь настойчиво постучали.

Бездна... неужели, меня всё же кто-то видел?! Или, Тереза уже позвонила отцу на магограф и что-то наплела?

– Минутку! Я переодеваюсь! – наспех запихав лапти и плащ в ближайший шкаф, закрыла его на ключ. Затем сменила рваную и испачканную сорочку на домашнее платье и мягкие тапочки.

Перед выходом из гардеробной бегло осмотрела себя в зеркале: на щеках пылал лихорадочный румянец, глаза горели, а прическа напоминала воронье гнездо. Прекрасно! На свидание в таком виде не ходят, зато не составит труда соврать, что я до рассвета ворочалась из-за головной боли и уснула только под утро, незадолго до появления Терезы.

– Мари? – настойчиво повторили.

– Бегу-у-у-у! – подхватив со столика расчёску, вышмыгнула в комнату.