Море игриво брызнуло пушистой пеной и мелкими солёными капельками воды, возвращая в реальность. Где-то вдалеке, где чернично-кобальтовое небо в алмазную крошку сливалось с бескрайним морем, закричали чайки. В следующую секунду щиколотки щекотно лизнула мягкая волна, одновременно смывая глубокие следы на песке. Раскалённое жало из шеи уже вынули, и теперь боль утихала, как укладывается спать старый недовольный ведьмедь[1], взбивающий по несколько раз свою подстилку на зиму.

«Ты станешь моей женой?» — прозвучал в голове недавний вопрос Юдеса.

Панический страх наконец отступил. Я села на берег прямо в платье, подтянула колени к подбородку, обхватила себя руками и облегчённо выдохнула морю:

— Ни за что на свете. Ни за Юдеса, ни за любого другого цварга… ни вообще за какого-либо мужчину. Не заставите. В конце концов, я вдова.

Всё-таки существовала вещь, за которую я была безмерно благодарна супругу. И это была не фамилия древнего рода, не деньги на многочисленных счетах, не недвижимость… Это был статус вдовы, который, по сути, являлся синонимом неприкосновенности на Цварге.

[1] Ведьмедь — редкое и умное животное в Федерации Объединённых Миров, выглядит как хищник, но на самом деле им не является. ↑

Глава 3. Новый закон Цварга

Цварг. Два года назад

Меня разбудил входящий звонок на коммуникаторе. После длинной прогулки по морскому побережью я вернулась домой лишь к рассвету. По ощущениям, получилось поспать часа три, от силы — четыре. Ох, кому я нужна с утра пораньше? Не разлепляя век, нащупала на прикроватной тумбочке устройство связи и нажала кнопку аудиозвонка.

— Это просто возмутительно! Госпожа, как это понимать?! Скандальное видео со вчерашнего вечера уже на федеральном голоканале, а вы… а вы… до сих пор не явились домой! — буквально завизжал голос Лоренцо.

Поморщилась. У меня всегда складывалось впечатление, что супруг нашёл дворецкого себе под стать, но это уже ни в какие шлюзы не лезло. Я шумно прочистила горло.

— Лоренцо, во-первых, вас не касается, где я провела эту ночь.

— Но это же какой удар по репутации! Вы ушли из Дворца и так и не вернулись! Я спать не мог, так волновался, где вы и что вы…

«Ага, так я и поверила… за зарплату ты свою волновался и за рабочее место, ведь с таким характером тебя больше никуда не возьмут...»

— Я не вернулась в особняк, потому что приехала в столичный пентхаус. У меня всё в порядке. Если вы действительно так сильно переживали, то могли бы отправить сообщение или позвонить. Но у меня нет пропущенных. Почему?

В ответ раздалось лишь возмущённое сопение. Мы оба прекрасно знали, что Лоренцо преотлично спал этой ночью, завалившись раньше положенного, ведь госпожи точно не будет дома, а с утра, видимо, услышал что-то в новостях — и понеслось…

— Но почему не в особняк? Почему вы постоянно остаётесь в этой крошечной квартирке, когда можно жить с видом на море? — последовал очередной вопрос-упрёк.

«Потому что море я люблю и приезжаю на пляж специально. А вот тратить нервы на тебя и постоянно мозолящую глаза прислугу и контролировать эмоции нет ни сил, ни желания…».

— Лоренцо, вы прекрасно знаете, что я живу не в крошечной квартирке. Это классический двухэтажный пентхаус с тремя спальнями. Мне здесь весьма комфортно. Особняк чересчур большой.

— Но, может быть, тогда мне бы стоило приехать в город… — начал было дворецкий, но я его перебила.

— Всё в порядке, с уборкой справляются роботы, а на доставку еды здесь есть курьеры и квадрокоптеры. В черте города доставка осуществляется менее чем через четверть часа. Не переживайте, у меня всё хорошо.

— А-а-а…

— А перечисление зарплаты на твой счёт, садовника и повара я сделала автоматическим, — заверила поскорее, пока мне не закатили очередную истерику. — И ежегодная премия тоже, и расходы на хозяйство.

Мартин любил своего дворецкого и завещал мне баснословное состояние. Увольнять пожилого цварга мне не давала совесть. В конце концов, что-то светлое в нашем браке с Гю-Элем тоже было, ведь дарил же он мне подарки и хотел понравиться. Просто, видимо, я оказалась не той, кто ему нужен.

— Спасибо, госпожа Селеста. — После того, как речь зашла о кредитах, визгливый голос внезапно стал степенным и предельно вежливым. — Вы бесконечно щедры. Могу ли поинтересоваться, когда вы планируете посетить свой особняк?

Вопрос был дежурным, и ответ у меня на него тоже был давным-давно одним и тем же:

— Я точно не знаю, Лоренцо. Может, и заеду на неделе, но готовить ради меня специально не надо. Я не очень хорошо себя там чувствую, вы же понимаете, что вся обстановка напоминает мне о супруге.

— Да, конечно, госпожа Гю-Эль. Приезжайте в любое удобное время, дом всегда готов. Хорошего дня.

Со вздохом облегчения я завершила аудиозвонок и с силой потёрла лицо. Спать, конечно, хотелось, но после разговора с дворецким вряд ли усну… На несколько секунд задумалась, как проведу день. Пальцы зачесались найти пульт и включить головизор, чтобы узнать, что так сильно возмутило старину Лоренцо, но усилием воли я отогнала эти мысли.