Пожалуй, впервые в жизни я так сильно жалел, что Лейла живёт на другой планете. Была бы возможность — сходил бы с ней в пару известных ресторанов или театров, покрутился бы перед камерами, чисто чтобы репортёры запечатлели нас вдвоём. И, наверное, чуть ли не впервые в жизни я вспоминал жену не с глухой тоской о том, что воспитанная и утончённая цваргиня, бывший теневой агент и просто женщина с высокой совместимостью выбрала вождя ларков вместо меня, а с лёгким раздражением, что Лейла пропала с радаров именно тогда, когда её помощь не помешала бы. Просто чтобы поддержать легенду…

«Надо проветрить мозги и вновь обдумать это дело с летающим борделем на свежую голову», — подумал я и бросил взгляд за окно, где темнело, но осадков не наблюдалось. Удивительная погода для ноябрьского Тур-Рина, ведь в местном диалекте существовало порядка двадцати слов, обозначающих дождь: косой дождь, моросящий, грибной, барабанный, дождь с грозой, ливневой, но безгрозовой, дождь с градом, дождь с мокрым снегом…

Я наскоро надел спортивные штаны и футболку, потратив на переодевание не более пяти минут, вышел из номера, спустился.

— Гнильё!

Шёл шквалистый ливень с туманом.

— Это ноябрь, сэр, — словно извиняясь, проговорил портье. — Погода может меняться по десятку раз на дню. Если вы рассчитывали на пробежку, то можете воспользоваться нашим спортзалом.

Я фыркнул. Нет, если уж я решил проветрить голову, то всё равно пойду на улицу, только раскрою купол, благо он и на такую погоду рассчитан, надо лишь подкрутить настройки. Правда, все полусферы от дождя, какие у меня имеются, остались в номере…

Воспоминания о куполе неожиданно подтолкнули к тому, чтобы я развернулся и дошёл до ресепшена.

— Добрый вечер, а мне булавку-генератор купола не оставляли?

— Здравствуйте, господин Робер. Одну минуту, я лишь час назад заступил на смену, сейчас перепроверю… — Мужчина профессионально улыбнулся, отошёл к стойке со множеством ячеек. — Так-так-так… цветы, ключи, забытый кошелёк… а, вот! Булавка-генератор!

Он развернулся с крошечным устройством и запиской.

— Для Фабриса Робера, номер «34». Подождите, пожалуйста, минуту, я сейчас отмечу в системе, что передал вам вещь.

Пока сотрудник «Луннора» ковырялся в компьютере, я протянул ладонь за куполом от дождя, приколол булавку к рукаву футболки и уже хотел отвернуться, как меня привлёк клочок записки.

«Для Фабриса Робера. Номер 34».

Аккуратные буквы, наклон почерка чуть влево, никаких лишних завитушек, сухо и чётко. Вроде бы всё нормально, но интуиция заставила перечитать. И тут у меня щёлкнуло. Все буквы были написаны одной рукой. Одной!

— Да, господин Фабрис, всё в порядке. Спасибо, что подождали. Я вас больше не задерживаю.

— Гхм-м-м… А кто писал записку? Ваш коллега?

— Что? — Мужчина завис на секунду, а затем улыбнулся. — Что вы, он всё в систему внёс, мы предпочитаем электронный документооборот. Записка написана девушкой, которая оставляла для вас булавку.

Липкий пот выступил вдоль позвоночника. Как наяву я вспомнил конкретную фразу: «Отдай на ресепшн отеля "Луннор", скажи, что для Фабриса Робера». Я совершенно точно не говорил ей никаких чисел.

Всё-таки значок эмиссара творит чудеса. Даже если это эмиссар с другой планеты, никто не хочет вызывать местную Системную Полицию и отстаивать право не передавать данные с камер. Минус — в адрес отеля, плюс — конкретно в моей ситуации. Менее чем через десять минут у меня уже были все записи с камер нулевого этажа, где располагался ресепшн. Ещё через тридцать на быстрой перемотке я просмотрел последние дни и нашёл тот момент, когда приходила Она.

Вот только кто она — оставалось большим-большим вопросом. Шварх, да я даже имени её не знал! Девочка-подросток в бесформенной толстовке и драных джинсах, в низко надетой кепке и очках с улыбкой на губах передавала булавку сотруднику «Луннора», а когда тот предложил написать записку, даже не задумываясь вывела моё имя, фамилию и — швархи меня задери! — номер!

Во рту поселился горько-кисловатый привкус ощущения, что меня обвели вокруг пальца. В голове вдруг замелькали картинки нашей встречи, как девочка сама подошла и попросила сесть рядом… Вселенная, а что, если это всё было подстроено?!

Мне казалось, что как цварг я всегда могу понять, когда кто-то настроен ко мне недоброжелательно. Вообще, застать цварга врасплох или крупно обмануть — это надо постараться. И, тем не менее, одной маленькой хитрюге это всё-таки удалось.

Я не мог поверить своим глазам, но та самая записка лежала передо мной. Материальная. С почерком, кстати, ни разу не детским. Вещественная улика, как любят говорить адвокаты.

Логика подсказывала, что если девчонка знала номер апартаментов, в которых я остановился в «Лунноре», то она здесь уже бывала. На этот раз пришлось нарычать на менеджера, чтобы отдал мне вообще все видеозаписи, и, как маньяк, ещё два часа провести за экраном монитора. Но я был вознаграждён. Или нет… сложный вопрос. Я нашёл её на одном из видео, и меня как громом поразило.