Это вызвало у меня горькие воспоминания. Да, я уже обращалась к ним за помощью, как к родственникам, когда только заболела. Баронесса тогда прислала мне своего лекаря, но не оплатила его услуги, а он запросил столько, сколько не стоила аренда нашего дома за год. И это при том, что он толком ничего не сделал.

— Нет, благодарю, мне помогает отличный специалист.

— Тогда, о чем же речь? — деланно возмутилась она. Ну, да, если доктор отличный, почему же я все еще больна и скрываю ужасные раны под вуалью.

— Я... — мне приходилось выдавливать слова буквально через силу. — Я волнуюсь о том, что случится с Дэниелом в случае моей гибели. Кто станет его опекуном?

Глава 2-3

— Кто станет его опекуном? — заставила себя произнести это.

— Мы конечно же, не откажем в помощи маленькому сироте, — нежно улыбнулась баронесса.

— Да... конечно... но мне хотелось бы подкрепить это желание.

— Что ты имеешь в виду? — она чуть нахмурилась.

— Я бы хотела, чтобы вы принесли клятву на крови, что позаботитесь о нем, — все же сказала я.

— Это возмутительно! — баронесса Йошир вскочила на ноги, хоть пальцы ее все еще продолжали сжимать чашку с блюдцем, руки едва заметно дрожали от гнева, и фарфоровая пара едва слышно позвякивала. — Как ты смеешь?!

— Вы не собираетесь заботиться о нем? — сдержанно удивилась я.

— Конечно же позаботимся, это ведь обязанность опекунов!

— Тогда почему вы отказываетесь поклясться в том, что и так собираетесь делать без всякой клятвы?

— Это возмутительно! Анисия, Анисия, ты слышишь, что говорит твоя кузина?! Возмутительно! Как можно сомневаться в нашей честности! Я говорила барону Йоширу, что это тот ужасный адвокат заморочил тебе голову, но теперь я вижу, что это были твои слова! Это ты видишь во всех окружающих только корыстолюбие. И, знаешь, быть может, это потому что ты судишь по себе, Камилла?

У меня в груди сжалось. Это женщина знала, на что давить. Она прекрасно меня изучила, и мне действительно хотелось видеть в ней ту милую бескорыстную леди, которой она пыталась казаться. Мне хотелось ей верить... но от этого зависела жизнь моего маленького брата, я должна была сделать все, чтобы его защитить!

— У меня есть кое-что, что может вас заинтересовать, — сдержанно произнесла я.

Успокоившись, баронесса, села обратно на диван:

— О чем ты?

— Дело в том, что я могу передать вам некоторое состояние. Если вы согласитесь дать клятву, деньги станут вашими.

— Отец же лишил тебя наследства за своеволие, — удивленно воскликнула Анисия.

— А мама не лишила. Она оставила завещание. Это небольшое состояние и шкатулка с драгоценностями, которые должны были стать моими после свадьбы.

— Но ты ведь так и не вышла замуж и не собираешься, — не поняла меня тетушка.

— Но я могу оставить завещание, и в случае моей смерти все это перейдет вам. Драгоценности моей матери эльфийской работы, что выделила ей семья в качестве приданого. Сейчас я не имею доступа ни к ним, ни к счету в банке, но в случае моей смерти... — я посмотрела на Анисию. — Это может стать приданым вашей дочери. Уверена, она будет прекрасно выглядеть на своей свадьбе в эльфийских драгоценностях.

Глаза Анисии сверкнули жадностью, она страстно желала всего, чем так славились эльфы: наряды, драгоценности и прочее. Она их осуждала за «распущенность», ведь только эльфийский свадебный обряд оставлял возможность развода по желанию одной из сторон. Но в то же время хотела быть похожей на них. Она перевела умоляющий взгляд на матушку. Та медленно мешала чай, глядя в чашку, словно это занятие значило для нее сейчас все.

— Ты действительно сможешь распорядиться своим приданым таким образом? — спросила она задумчиво.

— Я консультировалась с адвокатом. Смерть — это все равно, что брак, она дает мне право решать судьбу своей собственности. Одна клятва, и я напишу завещание на вас.

Тетушка вновь сосредоточилась на перемешивании чая, перевела взгляд за окно. Я замолчала, понимая, что она взвешивает все за и против.

— Ну, мам... — не выдержала Анисия и коснулась колена тетушки, но та лишь дернула им, сбрасывая руку дочери. — Ну, мама, я хочу...

— Чудесный день сегодня, не правда ли? — задумчиво произнесла баронесса.

— Вы согласны? — от волнения я не смогла сдержаться и переспросила.

— Конечно, мы позаботимся о твоем брате, это долг каждого доброго человека, — улыбнулась она благостно.

— И вы поклянетесь?

— Это не имеет смысла, — она поставила чашку на стол.

— Ну, мама! — Анисия не могла сдержаться. — Я хочу эльфийские драгоценности!

— Они у тебя будут, — отмахнулась тетушка.

— Вас ведь эта клятва ни к чему не обязывает, — попыталась достучаться до тетушки я.

— Это оскорбительно само по себе. Барон не согласится, да и я тоже.

— Ну, ма-ам! — лицо Анисии некрасиво раскраснелось.

— Они и так будут твоими, я же сказала! — не выдержав, рявкнула на нее тетушка.

— Как?! — лицо кузины скривилось, в глазах закипели слезы.