– У меня были иные планы на твой счёт, – произнёс мужчина явно удовлетворившись мои шоком, – но раз так, то… Изначально я надеялся, что ты овладеешь одной очень редкой и весьма интересной специализацией, но теперь понимаю, что всё должно быть прозаичней. Ты ведь знаешь кто такие Тени, Маргарита?

Моя душа не выдержала:

– Бабушка берегла меня от лишних знаний.

Монарх… не поверил.

Просто не поверил в моё незнание, и всё.

– Стать Тенью разумно, Марго. Ты юна, прекрасна, невинна… Ты наследница, вот и будешь учиться управлять герцогством, а заодно прикрывать меня от врагов.

Уровень моего непонимания достиг пиков Эвереста. 

– Прикрывать от врагов? – переспросила тихо. – Каким образом?

Взгляд короля мимолётно скользнул по моей прикрытой мантией груди.

– Магией, разумеется. Умения Тени пригодятся тебе и в дальнейшем, это будет лучший выбор. На твою специализацию попробуем повлиять и магией, и разного рода информацией.

После этого мне протянули толстую, больше похожую на книгу тетрадь.

– Это что? – спросила я.

– Воспоминания одного из сподвижников моего прадеда. Он был Тенью, как понимаешь.

В миг, когда я забрала тетрадь, до меня дошло.

Вернее, это было предположение, но так как меня представляли девушкой, проведшей всю жизнь в этакой глубинке, я всё-таки рискнула озвучить:

– Вы хотите, чтобы я стала вашей телохранительницей?

– Тенью, – поправил Георг. Но при этом утвердительно кивнул!

Логика? Вставая из кресла, я её не понимала.

Я ведь сама слабачка! Ко мне липнут защитные артефакты, как бы намекая, что я нуждаюсь в прикрытии, а этот самодур вдруг решил сделать из меня телохранительницу?

Допустим. Но кого, простите, хранить?

Я уже направилась к выходу, но остановилась и обернулась, чтобы взглянуть на этого крупного, похожего на грозного варвара мужчину.

– Да вы сами кого угодно защитите, – непроизвольно вырвалось у меня.

В тёмных глазах мелькнуло нечто такое… похожее на согласие.

Согласие? Подождите. Неужели…

Не-ет, не может такого быть!

– Ваше величество, последний вопрос, – мой голос прозвучал пришибленно. – К какой специализации вы хотели склонить меня изначально?

Слово «склонить» вызвало неоднозначную реакцию. Георг застыл, его ноздри хищно затрепетали, а потом прозвучал вполне спокойный ответ:

– Изменяющая. Я хотел, чтобы ты стала Изменяющей, Марго. Но это, конечно, из разряда фантазий. 

Здесь и сейчас мой пробел знаний напомнил яму, в которую я благополучно провалилась. Я понятия не имела кто такая Изменяющая! Но виду не подала.

Глава 18

В аудиторию я вернулась на середине лекции и сразу, буквально с порога, поймала вопрос, на который не смогла ответить. Как потом узнала, вопрос был элементарным, поэтому моё «простите, не знаю» удивило всех.

Я чувствовала себя пришибленной. Придавленной к полу массивной бетонной плитой, и выхода из этого тупика проблем пока не видела.

А в обед, на главной, самой длинной перемене, обнаружилась ещё одна неприятность – я забежала в общагу, чтобы покормить кота, но Жрец исчез.

С одной стороны, можно было радоваться, или предполагать, что адский котик вышел в туалет, но мои нижние девяносто остро почуяли подставу. Что если вечером, к назначенному для встречи с Филинией времени, он тоже не обнаружится?

Как в этом случае вернуть Жреца домой?

Нет, окунаться в пессимизм я не собиралась, погнала плохие мысли метлой, но так оно в итоге и вышло.

Когда я вернулась с занятий, буженины, оставленной на столе, не было. Но не было и кота!

Как и в прошлый раз, я обыскала все предоставленные мне комнаты. Ещё и в окно выглядывала, и даже кыс-кыскала ласково, но нет. По нулям. Пришлось идти к воротам Академии с пустыми руками.

Одно хорошо – бабушка всё-таки приехала, прихватив для отъёма у меня Жреца не Марка или его родных, а целую бригаду плечистых шкафообразных слуг.

Этот момент вызвал сильное напряжение у парней, охранявших ворота Академии. Но слуг почти сразу отпустили, и назревающий конфликт сгладился.

А мы с Филинией пообщались сквозь решётку, и первым, что я спросила, стало:

– Ты теперь будешь заседать в Парламенте?

– Откуда знаешь? – радостно встрепенулась герцогиня.

– Георг сказал.

Пауза, вопросительный взгляд бабушки, и я добавила:

– Он очень зол по этому поводу.

Филиния искренне удивилась!

– Как зол? Мы разговаривали вчера вечером, и он даже поздравил. Клянусь, ему было не то чтоб всё равно, но никакой злости уж точно. Да и на что злиться? Представительство в Парламенте – законное право Сонторов.

Я задумалась. Может мы общались с разными Георгами?

– Мне высказал за Парламент, а ещё запретил выходить замуж. Сказал, что устраивать мой брак будет лично.

Филиния поморщилась, потом фыркнула:

– Угу, кто ж ему даст.

И прозвучало так, что я опять насторожилась.

– Филиния? – позвала вопросительно.