Я смерила рыжего насмешливым взглядом. Даже в этой дикой стране у парней такие обычные поводы для драки. Но сестричка у этого Фиррема красивая, а рыжий, похоже, родом не вышел. Интересно, кем они приходятся тому Фиррему, который требовал браслет от матери Шона и Шияссы?

Ястер несколькими изящными жестами сплел пару заклинаний. Учитывая, что руки и пальцы у юноши были скорее подстать крестьянину, а не благородному, я не ожидала от него столь тонкого искусства.

– К утру заживет, – удовлетворенно кивнул Ястер. – Топай в общежитие.

Рыжий поправил воротник рубашки и ушел. Винсент проводил его взглядом и негромко сказал:

– Интересно, а что по этому поводу думает юная леди Фиррем?

– Неинтересно, – отрезал Шон. – Особенно тебе. Идем, Шиясса. Испугалась?

Я отрицательно мотнула головой. Но пошла рядом с Вином. Кажется то, что сестра липнет к другу, Шоннерта полностью устраивало. Как и самого Винсента. Хмурый привратник пометил в свитке время, когда мы вернулись, и пропустил нас.

В комнате я сбросила рубашку и тщательно осмотрела прокушенное псом предплечье. Следы от клыков почти затянулись. Я обхватила руками колени и начала мысленно перебирать события прошедшей ночи. В груди затухало жжение после пробуждения золотой искры. Я снова не чувствовала свой некромантский дар. И мысль о том, что я больше не смогу его пробудить из-за того, что сделала эльфийка, пугала.

Я снова посмотрела на следы укуса на руке. Пес точно знал, что делал. Он укусил меня специально. Похоже, виной всему то, что пролилась моя кровь... В прошлый раз я была ранена, и мой дар проснулся. В этот раз он пробудился, стоило клыкам Тьена пронзить мою руку. А еще... Кто такой этот Рик? Знает про луги, ходит через забор замка и раскидывает на площадке для тренировок странные предметы, сопровождая это надписями. Судя по тому, с каким лицом их затаптывал Гуасин – там были явно не хвалебные слова.

А еще... Эльфийка. Я увижу ее на балу. Хорошо бы суметь этим нечаянным знакомством воспользоваться. Все эти дни мысль о том, что мне придется искать в Линьине отца Шияссы, приводила меня в ужас. Нужно воспользоваться шансом и что-нибудь разузнать.

С этими мыслями я отправилась в постель.

Проснулась я снова в крови по самые кончики острых ушей. Не хотелось думать о том, какого мнения обо мне местные прачки. Пока другие студентки спали, я торопливо сгрузила грязные простыни в стирку, отмыла свои белые волосы и плотно перебинтовала порезы на руке. 

После завтрака я отправилась гулять в саду Академии вместе с Шоном. Мы устроились под яблоней. Я тихонько привалилась к плечу брата. Несколько минут мы сидели молча, а затем я спросила, стараясь сделать невинные и наивные глаза:

– Шон, а что ты тогда говорил про Фиррема? В доме господина Стэндиша. Он ищет браслет нашей матери?

Юноша вздрогнул, его лицо окаменело.

– Не бери в голову, Шиясса, – уверенно сказал он. – Фиррем ничего не получит и ничего нам не сделает.

– Но куда делся мамин браслет, разве не он сам его забрал? – уточнила я.

Шон нахмурился и ответил:

– Я не знаю, Шия. Я всегда думал, что маме просто очень нравится этот браслет. Тебе не стоит переживать об этом. Мы сами разберемся.

Я кивнула и прикрыла глаза.

Ага, как же, разберутся. Жди у моря погоды... Нет, придется вытаскивать нас из этой переделки тоже. Я зевнула и пробурчала:

– Если этот браслет был так важен, возможно, о нем что-то знает эльфийка, которую мы спасли вчера.

Шон удивленно посмотрел на меня, но задумался. А затем осторожно спросил:

– Почему тебя это вдруг заинтересовало, Шиясса?

Ответить я не успела. На мои ноги упала тень. Я подняла взгляд. Рядом стоял тот самый горбоносый, который задирал нас в первый день. Его имя я запомнила. Юный герцог Хьюго Ильрем собственной персоной. И лицо его не предвещало ничего хорошего.

Юный герцог сжал кулаки и надменно задал вопрос:

– Что вы вчера не поделили с Альбертом, остроухие? Я видел его вечером, так что не отпирайтесь.

Я покосилась на артефакт седьмого ранга на его шее и предоставила Шону право отвечать. Полуэльф поднялся и сказал:

– Мы ему помогли. А отделал его Фиррем-младший. Кажется, был недоволен, что тот оказывает знаки внимания его сестре.

Хьюго задумался. Поправил меч у пояса, а затем снова подозрительно посмотрел на нас.

– Фиррем сильнее его магически. С чего бы он стал драться? – спросил он.

– Он и физически его сильнее, – отмахнулся Шон. – Сомневаюсь, что их роды порадовались бы дуэли. Разве его родная сестра не замужем за каким-то дальним родственником барона?

Кажется, братец попал в точку. Ильрем уже спокойнее признал:

– Да, это так.

– Мы твоего вассала спасли от избиения и подлечили, – подала голос я, – мог бы и спасибо сказать. 

Хьюго снисходительно посмотрел на меня. В отличие от Шона, я не стала утруждать себя и осталась сидеть на траве. 

– Обойдетесь, – фыркнул Хьюго. – Вам здесь не место, полукровки.

С этими словами он развернулся и ушел. Шоннерт сжал кулаки и процедил:

– Наверное, с его точки зрения, то, что он нас не трогает, уже благодарность.