Я вышла из столовой, чувствуя ее холодный взгляд у себя на спине. Не оглядываясь, я пересекла холл и выскользнула через тяжелую боковую дверь, ведущую во внутренний двор.

На улице пахло влажными камнями и ранней осенью. Двор был огромным, мощеным булыжником, с голыми клумбами, только кусты розовой гортензии еще не отцвели. 

Высокие стены давили, создавая ощущение клетки.

Мне нужно было за пределы. Увидеть, куда можно бежать.

Заметив небольшую калитку на дальней стене, я направилась к ней. Она оказалась не заперта. Я приоткрыла, сделала шаг вперед и замерла.

От подножия скалы простирались луга, подернутые утренней дымкой тумана. А прямо внизу, у самого основания, стояла ухоженная ферма. Дымок из трубы, аккуратные загоны, подсолнухи под окнами, запах свежего сена. И молока.

В животе снова заурчало, стоило представить стакан парного молока. Да что же такое, я ведь только что завтракала! 

Видимо, каша на свежем воздухе уже переварилась. 

Спуск оказался более долгим, чем казалось на первый взгляд. Подъездной мост с рекой под ним остались с другой стороны замка. А здесь вниз вела накатанная телегами дорога. Она немного петляла, уходя к зеленым лугам, вскоре я оказалась на как раз у фермы. 

За большим загоном, поедая зеленую лишь местами пожелтевшую к осени траву, паслись козы. 

Ярость снова подступала к горлу. Легкий голод свел желудок. Я была готова наброситься на первую же съедобную вещь и завидовала этим фермерам. Наверняка у них на столе и козий сыр есть, яички только что из-под курочки и ветчина… 

Я шла вперед ускорив шаг. Надо познакомиться с этими людьми. 

Не для того, чтобы попрошайничать еду! Хотя, если предложат, точно не откажусь. А чтобы хоть что-то узнать об этом месте, и как далеко до ближайшего города… 

И в этот момент я увидела его.

Высокий, широкоплечий мужчина сидел на низкой скамейке у сарая, почти упираясь лбом в бок пегой козы. Его темные, чуть вьющиеся волосы были растрепаны, черная хлопковая рубашка расстегнута, рукава закатаны до локтей и его руки… Ах какие это руки. Мускулистые, жилистые, с крепкими ладонями… Он ритмично работал ими. Звук струй молока, бьющих в деревянное дно ведра, был удивительно приятным.

Я забыла о голоде на секунду. Эта картина так контрастировала с мрачным замком.

Но желудок предательски заурчал, громко и требовательно.

Мужчина обернулся. Он удивился увидев меня и вскинул темную бровь.

— Откуды вы здесь, леди? Заблудились? — голос у него был низкий, ровный и очень приятный.

Его взгляд скользнул по моему платью и вернулся к лицу. 

— Нет, я… живу в том замке. 

Мужчина вскинул голову устремив взгляд карих теплых глаз наверх. Его губы скривились в усмешке. 

И что его развеселило? 

— А теперь бегу из этого проклятого замка, — выпалила я. — Может, подскажете, куда тут бежать? А то там, наверху, с голоду помереть можно. На завтрак овсянка на воде и травяной чай. Хорошо, хоть хлеб дают.

Мужчина лишь вскинул темную бровь и усмехнулся на мою тираду. 

— Голод — не лучший советчик для побега, — заметил он, продолжая доить козу. — Слышал, в замке кухня работает исправно. Странно, что леди осталась голодной. 

— Исправно? — фыркнула я, но уже без прежней ярости, больше с горькой обидой. — Возможно, но готовят там по особому, «диетическому» меню. Одной овсянки на воде хватит, чтобы сбежать куда угодно. 

— Я думал, все молодые леди питаются исключительно салатом, чтобы сохранять стройную фигуру. 

Теперь пришла моя очередь веселиться. Он, должно быть, льстит мне. Я же старая дева! Неужели он не видит? 

Конечно, нет. На лице у Агаты не было написано, что ей тридцать. К тому же выглядела она очень даже ничего. 

— Я не так молода как может показаться, так что могу себе позволить хороший аппетит и не блюсти фигуру. 

В этот момент мой желудок предательски и громко заурчал, подтверждая мои слова. 

Мужчина наконец закончил свою работу, похлопал козу по боку и встал. Он оказался почти на две головы выше меня. Сильные ноги с узкими бедрами обтягивали коричневые брюки. И я невольно скользнула взглядом по его фигуре, разглядывая. 

Я говорила, что Дейн Драктсон хорош собой? Забудьте! 

Этот фермер был сложен ничуть не хуже, даже лучше. 

Не говоря ни слова, он подошел к деревянному столу и взял глиняную тарелку, на которой лежал ломоть еще теплого пирога. От куска шел умопомрачительный запах корицы и яблок. 

— Держите, подкрепитесь сначала, — сказал он просто. — На пустой желудок и замок тюрьмой покажется.

Он протянул тарелку мне. Я колебалась секунду, но запах был сильнее гордости. Не раздумывая забрала пирог и откусила огромный кусок.

Это был рай. Сладкий, сочный, идеальный. Я застонала, забыв на секунду обо всем.

— Вот видите, не все так плохо, — он улыбнулся, и в уголках его глаз собрались морщинки. В его взгляде не было насмешки. Была легкая усталая усмешка.

Я проглотила кусок, чувствуя, как злость отступает.