"Нечисть" оказалась легка на помине. Лорд Сартарэн стремительно вошел в зал, следом за серым кардиналом семенила растрепанная директриса Альярд и несколько сонных преподавателей, услышавших сигнал тревоги. Складывалось впечатление, что они тоже не понимали, что происходит, и с надеждой смотрели на единственный источник информации.

"Источник" не торопился фонтанировать сведениями. Остановившись, лорд Сартарэн внимательно осмотрел присутствующих, словно проверяя, все ли явились по сигналу. Внезапно я поняла, что лорд Сартарэн смотрит на меня. Взгляд темно-синих глаз скользнул по моему телу и вернулся к лицу.

Да что не так?! Ах да… Обруч. Я единственная принарядилась к этому сбору. Так красота — страшная сила, а желания найти жениха у Дары хватало. Поэтому я поступила как правильная аристократка: смущенно улыбнулась и стрельнула глазками в серого лорда. Интерес во взгляде мужчины сразу остыл, а лицо стало непроницаемой маской. Напустив на себя суровый вид, лорд Сартарэн заговорил тихим, сухим, лишенным малейшего намека на эмоции голосом:

— Адептки Ревинтора, сегодня вы попросили меня дать вам шанс проявить себя и доказать, что ваша академия имеет право на дальнейшее существование. Я человек военный и, к сожалению, плохо разбираюсь в тонкостях изящной магии. Надеюсь, вы меня извините, если мои методы покажутся вам излишне… грубыми. Любая юная леди, несогласная с ними, сможет вернуться домой через два дня.

— Только через два? Но почему? — искренне возмутилась директриса.

— Чтобы принять взвешенное решение, госпожа Альярд. На два дня ворота академии Ревинтора закрываются. Никто не войдет и не покинет территорию до моего особого разрешения. Кроме того… — по губам мужчины скользнула холодная улыбка, — с завтрашнего дня занятия адепток будут проходить с некоторыми изменениями.

Вот черт! Кажется, нам собираются устроить экстренные курсы военной подготовки, чтобы, когда карантин будет наконец-то снят, мы выбежали за ворота с воплями: "Ура! Свобода!"

Хитро!

И возмутительно нагло…

Лорд Сартарэн приписал себе плоды моей диверсии. Сделал вид, что наша изоляция — его решение, ни слова не сказал о сыпи артефактора Торда. Каков гад! Восхитительный! Нет, я просто обязана была уточнить…

— Прошу прощения, лорд Сартарэн, можно вопрос? — робко пискнула я.

— Слушаю вас, леди Айсар, — предельно вежливо произнес “Серый Волк”.

— На нас ночью напали и унесли самое ценное?

— Уверяю вас, самое ценное все еще находится в академии.

— И на что же вы намекаете? — кокетливо поинтересовалась я.

Святые иллюзии, надеюсь, глава Серого дольмена не сочтет, что Дара положила на него глаз? Оу! А у блондинистого кузена такая мысль в голове точно промелькнула. Вон как нахмурился!

— Знания, леди Айсар. Я имел в виду знания и магию. Они по-прежнему находятся в этих стенах, и моя задача помочь вам до них добраться.

Хорошо, что не докопаться! Рыть окопы я решительно не согласна! Да и на амбразуру я не собираюсь. Мое дело маленькое: не выдать себя и сделать так, чтобы подруги выдали результат, достаточный для того, чтобы академия Ревинтора продолжила свое существование.

— У вас еще есть вопросы, адептка Айсар?

На лице лорда Сартарэна не было и тени улыбки, но я не могла избавиться от ощущения, что серый лорд развлекается. Его ученики скалились открыто, окончательно расслабившись и выйдя из образа безэмоциональных истуканов.

— Я и мои подруги получили сегодня почту из дома. Родных очень беспокоит наше соседство с вашими учениками. Это ударит по нашей репутации…

Я не подозревала, что суровая физиономия воина физически способна стать еще каменнее, но лорд Сартарэн сумел провернуть этот фокус. Да и его ученики заметно насторожились. Все правильно, бойтесь нас, незамужних! Как мебель у приличных девушек по ночам воровать, так они первые. А это был, между прочим, женский будуар!

— Леди Айсар, я гарантирую, что, пока я в Ревинторе, вам всем будет не до завязывания романтических отношений.

Какое многообещающее обещание. Один нюанс…

— А если наша магия пробудится рядом с вашими учениками? Это же будет так неожиданно. Так волнительно… — с придыханием прошептала я.

“Серые зайцы” тоже заволновались. Больше никто не насмехался над нашей растерянностью. Зато меня так и тянуло пакостно похихикать, но нет, нельзя. Пока нельзя выходить из образа. Сейчас я Дара, а истинные леди не ржут, когда у них воруют любимое кресло, они трогательно заламывают руки и рассказывают трагическим шепотом, что вместе с креслом пропала и пара ношеных чулок.

— Маги Серого дольмена не женятся. У нас обет. — Голос лорда Сартарэна хрустел, как лед под ногами.

— Я понимаю. Но ведь у адепток Ревинтора его нет. Никто не может предсказать, кто или что спровоцирует пробуждение нашей магии… 

Я прикусила щеку изнутри. Изображать скромную лань становилось все сложнее. Зато другие девушки заметно воодушевились и теперь рассматривали "серых зайчат" взглядом лисицы, попавшей на зайцеферму.