– Так и  будете топтаться, как медведь в малиннике, адептка Кина Вартек?  Или, может быть, пройдете, раз уж явились?! – Я дернулась, услышав свою вымышленную фамилию. 

И от того, каким тоном она была произнесена. Ленивым. Насмешливым. Бархатисто-рычащим. От одного этого голоса тело сковал ужас – и что-то ещё, совершенно мне незнакомое. На меня смотрели с легкой усмешкой, и сна в этих чуть раскосых восхитительно наглых, пугающе черных сейчас глазах, лишенных зрачка, не было ни в одном глазу.

«Он нас поджида-ал! – Панически орал потерянный таракан. – Может, он специально все подстроил, а?! Может, он хочет приложить к нам свои грязные лапки побыстрее?!»

Остальные обитатели моей черепушки на таракана прищурились и зашикали. Им этот экземпляр мужской породы, кажется, нравился.

 – Д-да, магистр Иллдрэг, – закивала как пай девочка. Даже в шее что-то хрустнуло от усердия,  – я… сейчас, позволите…

Пришлось протискиваться мимо замершего на пороге мужчины.

 – Прошу вас, адептка, проходите… Я не кусаюсь, честное слово… Не сегодня, по крайней  мере, – теплое дыхание коснулось плеча. Я на миг почти полностью притиснулась к горячему крепкому телу.

Только теперь поздновато увидела, что он в шелковом ночном халате, надетом на мягкие домашние штаны и рубашку. Возмутительный вид! В смысле, девице в моем лице не положено пялиться… Смотрит так, что… Сожрать хочет? Надкусить? По телу прошла дрожь. Особенно когда стало видно, как светятся глаза в полутьме, как блестит вертикальный зрачок.

Пришлось ввалиться в чужие апартаменты и замереть, как мышь перед удавом.

Удав… в смысле, господин  магистр, меня медленно обползал… обходил по кругу. И гипнотизировал своими резко светлеющими глазами.

 – Итак, адептка Вартек, что же привело сюда нашу умненькую почти отличницу, скромницу и вообще в высшей степени ответственную адептку, – произнес нелюдь, растягивая слова и сверля меня не самым добрым взглядом.  – Неужто вы все же решили подумать над моим предложением?

У меня не было сил сердиться на насмешку в чужом голосе. Он знал, что я приду. Или, по крайней мере, подозревал. И я даже почти не дрожала и не пыталась падать в обморок от ужаса, когда тени, наползающие не пойми откуда, начали ласково теребить платье, касаться рукавов, мазнули по щеке и взъерошили в пугающей ласке волосы.

 – Что же вы замерли и молчите? Неужели и дара речи от восторга лицезреть меня лишились? – Язвительное, – душа моя, не испытывай мое и  так далеко не безграничное терпение… Говори, с чем пришла – или уходи, пока я добр-рый… – почти прорычал, наклоняясь ко мне –  высокий, что твоя каланча!

Вроде и не огромный, жилистый, гибкий, но смертоносный. Это читалось в каждом вкрадчивом движении. Жесте. Остром взгляде. Высоких скулах. Кривящихся губах.

Сама пришла, Ки, сама, так что не молчи, не мямли! Хочешь, чтобы с Ринкой беда случилась?

 – Ма-магистр, я правда по делу!  – Пискнула, чувствуя, как зубки-то стучат с перепугу. Зажмурилась, чувствуя, что сигаю с обрыва в воду, и выдохнула. – Я согласна! На ваше предложение, но…  – зажмурилась ещё крепче, теребя нервно пальцами юбку.

И едва не завизжала, когда сильные пальцы легли на плечи, разворачивая меня лицом к магу. Даже голову в плечи втянуть попыталась, слишком неохота было в реальность возвращаться! Но вопреки всему, вместо очередных колких слов я услышала вдруг тихий смешок и:

 – И правда, птенчик на заклании. Ягненочек… И я бы даже поверил твоему милому и покорному виду, прелесть моя, если бы не видел, как ты уложила адептов пятого курса  на лопатки парочкой приемов из арсенала уличных драк!  – Подумаешь, и было-то такое всего раз, и даже не совсем так, как описывал лорд! Шепот коснулся уха. Переполз на плечо.

А потом горячие ладони обожгли талию, приподняли меня и куда-то посадили. Один глаз ме-едленно приоткрылся. Сияющие грозовые очи напротив заставили нервно облизнуть губы. Взгляд Сейлира Иллдрэга тут же сместился.

 – Вы не адепт пятого курса! – Ответила уже более внятно, набравшись смелости. Уф. Почему именно перед этим мужчиной меня так  трясет, а? Боюсь, что отчислит? Но ведь он не ректор, да и не за что! – А они позволили себе слишком гадкие намеки в наш адрес!

 – Какие нехорошие мальчики, – чужие глаза потемнели. Голос стал куда более вкрадчивым. Длинные сильные пальцы коснулись моей щеки, – как, говорите, их зовут, адептка?

 – Они свое получили уже, – храбро возразила, чувствуя, что мне уже парней где-то и жалко. Падут ведь смертью храбрых. Хотя… Кто знает настроение лорда-мага?! – а…

 – А ты, стало быть, по какой-то причине все же решила принять мое покровительство. И все-таки помочь мне разобраться, маленькая воровка, сколько моей тьмы  ты уже утянула… И мне очень интересно, пташка моя, – заурчал зверем этот пугающий мужчина, отшатываясь от меня и меряя шагами рабочий кабинет, – что тебя на это сподвигло, после твоего категоричного отказа? И с чего ты решила, что я теперь соглашусь на это? Я не делаю таких предложений дважды!