Забавно, меня ведь тоже «Риной» можно было бы назвать. Киарина. Кариния. В схожести наших имен мне тогда увиделось что-то судьбоносное.

Так и  зародилась первая настоящая в этом мире дружба. Только вот припекающее солнце  – снаружи и странный ком – внутри спокойствия не добавляли. Что-то моя спокойная жизнь последних лет резко покатилась под откос. Или наоборот – я покинула уютную нору-под-горой – и стала на эту самую гору активно карабкаться?

 – Я к бабушке в деревню тоже ездить ужасно любила, – мечтательно вспоминала Рина, пока очередь двигалась, – хорошо там, но, конечно, обычаи да традиции куда строже, чем в больших городах. А уж если говорить о всяческих предубеждениях… лорды-маги везде горазды отличиться. К папеньке один такой приходил, сестра моя старшая ему приглянулась, – прикусила губу Рина.

Я слушала внимательно – как ещё узнать, кто чем живет в городах, как не прислушаться к коренной их обитательнице, можно сказать?

 – Так вот, – продолжила между тем девушка,  – он папе денег предлагал за Альгу, представляешь? Вывалил целый мешок с золотом и ещё драгоценностей – хватит пять улиц скупить!  – Прикажи, – говорит, – своей дочке, чтобы ласковой со мной была, мне  она приглянулась! Станет моей фавориткой, ничем не  обижу!

 – Вот же, – хотелось емко выругаться, – тварий выкидыш!

 – Ещё какой, – невесело хмыкнуло девушка, – папка у  нас мировой, да и не просто купец он, а артефактор, пусть и не из самых сильных. Но с металлом работает  так, что загляденье, бывает, на целый день в кузне запрется!  Так вот папка молоток-то свой самый маленький взял – и как швырнет в стену рядом с аристократом этим! – Жестикулировала новая знакомая.

 – Тот чуть ли не бегом прочь, визжит, слюной захлебываясь! И что думаешь? До сих пор нам пакостить пытается! Это при том что связи у папы есть, и хорошие, а то бы разорил тот лорд нас. Хорошо хоть Альга уже замуж выскочила за своего любимого и уехала подальше. А тут и у меня небольшой дар проклюнулся. Иметь мага в семье – это честь огромная – поэтому  батя не думал даже, он у меня не старовер какой, отправил учиться! Так надеюсь поступить!

Знакомая болтала и болтала, а у меня по мере её болтовни рождалась идея… Маленькие магазинчики пользовались здесь довольно большой популярностью, знать любила все необычное, жадно тянулась к новинкам. Нет, на открытие своего дела у меня денег не было – да и откуда им взяться? Но вот если поступлю… Студенческое братство – натуры увлекающиеся, по себе знаю. Так почему бы не увлечь их чем-то интересным именно для молодежи – а, заодно, свое маленькую денежку не иметь с этого? Подавальщицей мне работать больше не хотелось. Хватит уже.

А вот предложить заносчивым аристократкам – или, наоборот, простым горожанкам необычные, но красивые украшения – вроде плетеных фенечек, а парням – те же карты и парочку других игр, которые  здесь не знают… Да, игры быстро растащат. Но сколько у меня этих идей осталось с прежних времен! Настолки я всегда любила. Плетением не очень увлекалась, но благодаря парочке моих подруг кое-что да умела и одно время с большим удовольствием создавала браслетики,  плетеные колечки, даже на шею что-то пробовала плести пару раз.

В общем – не попробуешь – не узнаешь! Я старательно отогнала от себя вспышку непонятной тревоги и ступила, наконец, под своды Академии. Огромное величественное здание возвышалось над городом, как  птица. Университет был буквально пропитан силой. Не знаю как – но это я тоже ощущала. А ещё мне  то и дело чудился странный шепот. То тут – то там. Как  будто тень мелькнет на границе сознания – и исчезнет.

Я вертела головой слишком активно – наверное, именно поэтому  первая увидела до зубовного скрежета знакомую фигуру, чувствуя, как бешено забилось сердце. Высокий молодой мужчина спускался по одной из боковых лестниц в холл Академии. Вот он поддержал свою спутницу за руку, рассмеялся негромким низким смехом, вот повернул голову…

И ничего! Обозналась. Но, тварьки небесные, почему я вместо облегчения ощутила досаду, кто бы знал?!

Муль, снова изображающий невинного котишку – иллюзию навел, искусник, вдруг поднял морду со своего насеста на моей шее – и проводил молодого мужчину долгим взглядом. Усы моего фамильяра нервно вибрировали.

Парочка удалилась в одну из дверей, куда вскорости  вызвали меня. Хотя, стоит сказать, услышав:

 – Вартек, Кина! – Я сначала с места не сдвинулась – хорошо хоть сосед по очереди пихнул.

Рина уже давно прошла и назад не вышла, что давало надежду – подруга все-таки поступила.

С бешено бьющимся сердцем я переступила порог зала, где стояло семь небольших столов с преподавателями – и один посередине. За тем, что стоял ровно посередине, сидел только один человек. Смуглый, синеглазый и до неприличия, я бы раньше сказала, молодой  для должности преподавателя – но что-то было в выражении чужих глаз, что нашептывало – нет, не так все просто.

Именно синеглазый первым голос и подал, вполне благожелательно мне улыбнувшись.