Вот и сегодня в трактире «Хмельной Жайр» было шумно. К сожалению, в последние дни шум мне не казался ни уютным, ни успокаивающим. Я ощущала, что все эти люди постоянно смотрят на меня, что чужие взгляды запросто могут прожечь дырку в форме служанки, а шепотки разносятся далеко за пределы малого зальчика.

Нелегка участь попаданки, к тому же не умудренной опытом матроны, а бывшей студентки филфака.

Вот тебе, дорогая, и волшебный новый мир! Вот тебе и тело юное (покрасивше местами, чем мое прежнее), и магия загадочная, от которой не знаешь, как избавиться, и ухажеры… которые попытались проделать кое-что не слишком приличное, о чем и  говорить-то не принято, и попали под раздачу моей магии – а нечего нервную девушку пугать и издеваться!

Как же, как же, я почти верю толстой краснощекой тетке Даоне, которая, тряся тройным подбородком и фальшивыми драгоценностями, уверяет, что её сыночек всего-то хотел честь великую завалящей ведьме оказать да просватать её, а та, неблагодарная такая, магией своей злобной зашибла кровиночку!

А остальные мамаши – аж три дебелые тетки, подружки её, подпевают да народ пытаются науськать, ещё немного – и сама поверю в то, что на  завтра ем младенчиков, на обед закусываю девственниками (где их найдешь?!), а на ужин у меня почтенные матроны. И потолще, потолще…

И теперь я уже неделю как  на осадном положении – спасибо трактирщик, дядька Баргул, не гонит, чует свою вину, да старшая наша экономка, тетушка Мо, вступилась. Одним словом – жизнь стала не сахар. Врагини мои чуть ли не в городскую стражу послали весточку, мага требуют для разбирательства!

Посмотрела на свое отражение. За неделю – ни кожи, ни рожи, как моя бабуля говорила ещё там, на далекой Земле. Худенькая шатенка с едва заметным медным отливом в волосах (пришлось краситься), взглядом мрачного чертенка и тощими лапками, торчащими из-под передника. Красотка!

 – Опять раскисла, моя малютка! Нет чтобы хвост задрать и гордой походкой вперед, так их всех, темный люд! И бояться нечего!  – До отвращения бодрый и почти мечтательный голосок вырвал меня из размышлений.

Миг – и из-под шкафа вынырнула хитрая синяя морда, а потом показалось и остальное крылатое тельце моей пушистой кары за все прегрешения, того самого рурга Маульши, или попросту Муля. Да-да, того самого, с которым мы дивно погрелись той  злополучной ночью в темном лесу.

Муль действительно оказался волшебным существом – тварью, как говорили местные. Тварью вредной, ехидной, незатыкающейся, но именно он был тем единственным островком спокойствия, который помогал мне пока держаться на плаву.

 – Муль, уймись! И не светись, ещё не  хватало, чтоб народ точно магов вызвал или экзорцистов каких местных!  – Шикнула.

Бесполезно! Зверь был настроен более чем серьезно, вооружен когтями, усами и оптимизмом и готовностью покарать всех обидчиков его крошки (это про меня, да). «Его пошлость ваш король», где только такого поднабрался?

 –  Ой, не боись, детка, жемчужинка уст моих, все будет пучком! – Заверили меня, заставляя поперхнуться. Надо следить за языком, когда общаюсь с этим паршивцем! Хотя… да не выражалась я так при нем, я приличная девочка! – Этим грязным крестьянам ни за что не постичь мои великие замыслы!

Я бы поспорила, ну да ладно.

 – Муль, ты что придумал, а? Мне здесь как-то надо продержаться, – запнулась на этой мысли.

В самом деле, продержаться до чего? Понятно, что многие деревенские нынче  настроены, мягко говоря, недружелюбно, скоро трактир убытки начнет нести, да и вызванные стражи приедут, и что тогда? В тюрьму  посадят? Узнают, кто я такая, и сдадут родственникам этого тела? Зачем я вообще вернулась в трактир, когда надо было ноги уносить? Но куда их уносить-то без вещей, холодной, голодной, растерянной? Все мы задним умом крепки!

 – Держаться, ага. Дождешься, что эти идиоты  на тебя все  беды за последние два года повесят, я ж как будто людей не  знаю! – Очень натурально всплеснул лапами салатовый нахаленыш.

Мысленно я с ним согласилась, но…

 – Муль, устала я просто, – призналась, сдунув прядь волос со лба.

И правда умаялась, а сколько нервных клеток в бою с тараканами скончалось? 

 –  Э-эй, что за упадническое настроение?  – От возмущения зверь аж на задние  лапы встал, передними опираясь о мои ноги. – Ты что это, сдаться решила? На чью милость только, позволь-ка спросить, а? Думаешь, тебя там полюбят-приголубят что ли?

 – Да не думаю я ничего, только и выхода нет, пойми уже. Сама сдурила. Надо была бежать хоть в первый день, пока все в растерянности были, да только сама прикипела к этому месту. Трактир мне домом стал, я тут всех знаю…

 – Тебя тут нынче тоже хорошо знают, даже отлично, зайка, только почему-то не шибко любят, – резко оборвала мои метания ехидная  тварюшка, – вот что, крошка моя, сегодня отработай, а потом на свой чердак возвращайся. Дураки туда не полезут (пробовали), а у нас свои методы, знаешь ли.