Юнга головы не поднимал, хотя рыбки активно кружили над ним смешной разномастной стайкой. Я попыталась послать ему эмоции, как делала с морскими созданиями: «Успокойся, посмотри, доверься мне, я дам надежду…» – но то ли он был слишком погружен в свои мысли, то ли на людей магия не так действовала.

Тогда я просто развеяла одну из рыбок. Парня окатило водой и сверху на него шлепнулась ракушка.

Он поднял голову, и я усилила нажим магии: «Не бойся, это подарок, это не зло, доверься…»

Юнга заорал как резанный и со всех ног бросился к хижине. Я спряталась за камнем, чтобы меня не заметили, и продолжила следить. Стайка моих магических рыбок все еще продолжала кружить над берегом, даже ту раковину, что упала, я опять облекла в форму рыбки, чтобы моллюск не сдох раньше времени, только эта рыбка трепыхалась на песке, будто пойманная.

Люди похватали палки, зажгли от костра и с ними прибежали разбираться, что происходит. Никто из них так и не использовал магию, что намекало на то, что способных к ней тут все же нет. За летающими рыбками они наблюдали, кажется, в полном офигении. Даже когда из одна из них подплыла к капитану и упала раковиной прямо в руки, растеряв магическую форму, он просто уронил моллюска на песок.

Да что ж за придурки-то!

Рыкнув, пошла на крайние меры. Раковина опять поднялась над землей, окруженная шариком воды. Дальнейший фокус был весьма сложен – вода проникла внутрь створок и легким движением, для которого понадобилось море мастерства, половинки раковины раскрылись магией, будто крылья бабочки.

Люди все еще стояли, тупо пялясь на эту картину. В эмоциях их преобладало недоумение, страх и шок. Что ж такое… тело моллюска выпрыгнуло из ракушки и ткнулось прямо в губы Юнге (тыкать едой в рот Капитану я просто не осмелилась).

Ну, очевидный же намек! Но этот дурачок принялся отмахиваться и отбрыкиваться, как будто его тут убивают.

Капитан оказался сообразительнее. Он резко выхватил кинжал и наколол на него тушку. Я развеяла магию воды, чтобы та не дергалась. Добычу свою капитан внимательно оглядел со всех сторон, помял пальцами, потыкал, потом все же надкусил.

Слава всем богам этого мира! Рыбки принялись крутиться и тыкаться в руки робинзонам, хотя те не торопились принимать столь щедрый дар, пока Капитан им не кивнул. Едва рыбки оказывались в руках человека, как магия исчезала, вскрывать раковины я не стала – пусть сами учатся. Несколько человек есть отказались, но это их выбор, другим досталось больше.

Я с облегчением нырнула в воду. Некое начало контакту было положено, а, когда все заснут, думаю, сделаю еще один жест доброй воли, только надо выбрать правильное место для представления.

Когда я отплыла на небольшой расстояние от острова, то буквально налетела на тело Кракена, всплывшее передо мной. От него веяло неожиданно обидой.

«Что случилось?» – удивилась безмерно.

«Почему ты с ними играешь, а со мной нет?» – прозвучало обиженно в его эмоциях.

Глава 23

«Почему ты с ними играешь, а со мной нет?» – прозвучало обиженно от Кракена.

Я зависла.

«Я и с людьми не играла, – признала чуть заторможено, – я их подкармливала.»

Я аккуратно скользнула мимо него и поплыла дальше, пытаясь прикинуть, как и во что можно играть с огромным морским монстром. Воображение буксовало, от Кракена веяло обидой, я бы обозначила эту эмоцию словом «надулся». Он, не формулируя мысли в конкретные образы, медленно, но неотступно плыл за мной.

«А ты хочешь со мной играть?» – наконец, не выдержала я.

«Хочу!» – прозвучало так восторженно, что я слегка оторопела.

Попыталась уложить это в голове, но выходило плохо.

«А ты не хочешь?!» – среагировал разочарованием он на мое слишком долгое молчание.

«Просто не представляю, как это делать, – вздохнула я и призналась: – Очень уж ты большой. Прости, я понимаю, что это нельзя контролировать… а раньше, до сна ты играл с русалками? Как ты это делал?»

«По-разному. Иногда я катал их на себе, – в моей голове появилась картинка Кракена размером раза в два больше русалки, которую он тащил куда-то, – иногда мы играли в догонялки, – теперь я увидела Кракена размером поменьше, длина его от головы до кончика щупалец была даже поменьше, чем от головы до кончика хвоста русалки, – иногда с нами играли дельфины, – тут Кракен был еще меньше, русалка магией подкидывала со дна раковины, а Кракен с дельфинами пытались их не то поймать, не то откинуть.»

«Но это все игры были, когда ты был маленький», – прервала я его воспоминания.

«Я и сейчас могу быть маленьким», – заметил он.