Я следила за людьми до вечера, прерываясь только на перекус мидиями. Рыб они больше не поймали – не знаю, то ли из-за близости Кракена, то ли в целом им без меня не очень везло. В качестве ужина вяло жевали кокосовую стружку, выбиваемую из плодов каменными орудиями. Уже никто не шутил, наоборот вяло переругивались, самому молодому парню лет двадцати на вид достался в качестве пожелания спокойного сна на ночь воспитательный подзатыльник. Уходя с берега, кинули в костер крупное полено, чтобы сберечь огонь. В шалаше на всех места там не хватило, пусть и спали вповалку, но у кого торчали из шалаша ноги, у кого – голова, пара человек не стали мучиться и просто устроились под пальмами.

А я раздумывала над одной странностью, которая не сразу бросилась мне в глаза. Точнее, броситься она и не могла, потому что странно было то, чего нет – среди жертв кораблекрушения никто не применял магию. В этом мире я видела магию несколько раз: у диких островных племен была магия воды, с помощью которой они управляли лодками и рыбачили; орки, как я видела, бросались огромными камнями – не то это был телекинез, не то сила земли; в городе на казни я видела, как ниоткуда вспыхнуло сильное пламя вокруг головы приговоренного.

Эти же робинзоны не делали ничего подобного, ничего подозрительного. Я пыталась припомнить, все ли из тех, что были на корабле, сейчас на острове? Вроде бы да. Я не видела тел утонувших, а акулы уж точно бы такое не упустили. Всех, кто был на судне, я перенесла на остров.

То есть средин них не было мага?

Но как тогда получилось, что моя собственная магия, пока я была в сетях, не работала? Неужели психосоматика? Типа это я сама так испугалась, что не могла ничего сделать?..

Да нет, бред! Я очень испугалась, когда меня атаковала акула, а магия работала прекрасно. Но не на корабле. Это следовало обмозговать, но сперва переспать с этой мыслью.

Так я и поступила, для чего вернулась в свой храм. Кракен следовал за мною неотступно и, лишь когда я заплыла в безопасный купол, сообщил, что пойдет поохотится. Пожелала ему удачи и добавила, что вообще-то я в вечном присмотре не нуждаюсь и могу позаботиться о себе, а он может поплыть в свое жилище, может, у него там дела какие есть?.. Эмоциональная волна, транслированная Кракеном, была наполнена скепсисом и волнением за меня – кажется, после случая с сетью он был абсолютно уверен, что выпускать меня из поля зрения надолго не следует, обязательно во что-нибудь вляпаюсь. Не стала пытаться с ним спорить, очевидно было, что это бесполезно.

Утром обнаружила Кракена привычно уже свернувшимся вокруг купола храма, но спящим. Кажется, он хорошенько поохотился ночью и теперь переваривал улов. К моему счастью, между его щупалец нашлось пространство, чтобы я могла выскользнуть из храма и спокойно поплыть по своим делам.

Сегодня я решила обследовать затонувший корабль, с помощью которого меня чуть не поймали, и главное – сеть. Ведь если среди моряков не было профессионального мага, то значит магия была заключена в каком-то предмете, например, амулете, его надо найти и изучить. Как минимум – узнать, как он выглядит, чтобы избегать подобных ситуаций, как максимум – научиться чуять такие штуки на расстоянии и научиться их взламывать, хотя это высший пилотаж.

Раздавленный корабль, особенно после того, как я оторвала от него кусок, представлял из себя довольно жалкое зрелище, просто непонятное нагромождение дерева, веревок и парусов. Подумала, что можно вынести этот мусор волной на остров, чтобы люди могли соорудить себе убежище поприличнее и не тратить древесину, которой и так немного. Или хотя бы бросить в костер.

Ну, да, конечно, так они смогут ожидать смерти от голода и жажды в более комфортных условиях. Шикарная идея, очень щедро. Может, они сделают себе плот и уплывут с острова? Хотя, кажется, в деле рубки пальм с помощью каменных орудий у них не слишком большие пока успехи… да и чем смерть в море лучше смерти на необитаемом острове?..

Вздохнув, отбросила эти мысли и принялась осматривать корабль. На вид ничего особенного – впрочем, будто бы я разбиралась в древних парусных кораблях. Никаких сундуков с золотом в развороченном трюме не обнаружилось – это я могла понять. Было что-то вроде жилой зоны с деревянными ящиками, внутри – какие-то личные вещи, одежда, висят остатки гамаков. Когда я открыла один из ящиков, из него всплыло к поверхности вместе с кучей пузырьков длинное гусиное перо. Наверное, внутри оказался воздушный карман. А вот бумаги, что хранились тут же, промокли, чернила размыло, пара книг превратилась непонятно во что – только обложка, обитая кожей, и сохранила приличный вид, внутри все листы склеились в непонятную массу. Можно, конечно, вынести на берег и попытаться просушить, но прочесть точно уже ничего не удастся, а возиться с бумагой пока не хотелось. Да, я стала куда расточительнее в последнее время, то каждую ракушечку собирала.