Я вспомнила испуганный взгляд мисс Браун утром, то, как она пыталась подсунуть мне чеснок и крест, и отвела взгляд. Разумеется. Умертвие — всегда умертвие. До того, как я стала тем, кем стала, я сама думала бы так же. 

Это понятно. Разумеется.

Но, провались все во Тьму, где же мне теперь жить?!

Пауза затягивалась.

Надеюсь, мне дадут возможность собрать вещи хотя бы. В саквояже есть… кое-что важное. 

— Леди Фортескью меня вылечила! — неожиданно отчеканила мисс Браун. — И она останется в моем трактире до тех пор, пока это необходимо!

Что?

— Но мисс Браун… — растерянно проговорил проповедник.

— Прошу прощения! Я должна вынуть тыквенный пирог из духовки!

Сказав это, она развернулась на каблуках и направилась к двери. 

— Леди Фортескью, — произнесла она, подойдя ко мне.

Голос у нее от напряжения звенел, карие глаза смотрели прямо и зло. 

В этот момент я поняла, что до сих пор стою у входа в гостиную.

— Прошу прощения, — выпалила я, отступив.

Опустила глаза и вздрогнула, увидев торчащую из кармана передника мисс Браун веточку — должно быть, она прятала венок из вяза и остролиста. Приворотный. Хотела околдовать проповедника?.. Судя по всему, колдовство здесь не нужно.

Когда мисс Браун вышла, я посмотрела на проповедника. Его лицо было злым, отчаянным, губы искривились, как у собаки, готовой зарычать. Секунда — и все исчезло.

— Мисс Браун! 

Он бросился к лестнице, на ходу глянув на меня с отвращением.

Зазвучал торопливый удаляющийся топот, а затем хлопнула дверь, и все затихло.

Мы с Рейвеном остались в гостиной одни. Из окон сочился серый свет, комната тонула в нем.

Громко треснул камин, и я вздрогнула.

Рейвен смотрел на меня, не мигая, и не двигался с места. 

Камин снова громко треснул. 

Рейвен молчал. 

Мне казалось, я могу прочитать то, что у него на уме. “Как у них все… запутанно”. Это о мисс Браун и проповеднике.

Возможно, я ошибалась, и Рейвен думал совсем о другом.

Как и утром, он был одет в серый костюм, шелковый галстук был перехвачен рубиновым зажимом. Лицо было бледным и сосредоточенным.

“Но это опасно!” — прозвучал громкий возглас с нижнего этажа.

Грохот.

Мы с Рейвеном заговорили одновременно: 

— Знаете ли вы, леди Фортескью…

— Мне кажется, что…

Мы замолчали.

— Говорите, леди Фортескью.

— Нет, сначала ты. 

Рейвен помолчал, а затем подошел поближе.

— Знаете ли вы, что проповедникам Всевышнего нельзя вступать в брак. 

Все это знали. Они отрекались от мирской жизни, чтобы посвятить себя служению Всевышнему. 

— Да. 

Рейвен усмехнулся и шагнул еще немного ближе ко мне. Я замерла, не в силах перестать рассматривать его лицо в тусклом сером свете. Он как будто постарел еще немного за то время, что прошло с утра, шрам на бледной коже обозначился ярче. Хотя такие сильные маги, как Рейвен, почти не стареют и живут намного дольше обычных людей. 

Тогда что за глупости лезут в голову?.. Мерещится от усталости всякая ерунда.

— Но иногда им позволяют это, — уронил Рейвен, и я с трудом вспомнила, о чем мы говорили. — За особые заслуги. Перед Всевышним.

Мне снова показалось, что мы думаем об одном и том же. 

О том, что, похоже… похоже, проповедник не только ненавидит нечисть, но и не гнушается использовать ее в своих целях.

Я сглотнула сухим горлом.

— Как обычный человек может призвать демонов? И… все остальное?

Рейвен протянул руку, я вздрогнула, но он всего лишь коснулся моих волос и снял с них сухой листок. Повертел его в руке и сунул в карман. 

Меня окатило огнем, хотя в гостиной по-прежнему было прохладно.

— Это взаимосвязано, — сказал он. — Среди церковных документов есть… кое-какие, заслуживающие внимания. О том, как нащупать путь к Тьме. Описания ритуалов. Разумеется, кому попало их не показывают, но… они есть. При должном старании найти их может даже семинарист. 

Рейвен замолчал. Я тоже молчала.

Если… если это и правда проповедник стоит за всем происходящим, то… нет, такого не может быть.

Я не могла разобраться с тем, что чувствую. 

Выходит, совсем скоро мне придется уехать из этого города и — от Рейвена? Разумеется, я была рада тому, что мы докопались до сути, но... выходит, мы расстанемся намного раньше, чем я надеялась? Или опасалась? Провались все во Тьму! О чем я думаю.

Нужно дать знать дядюшке обо всем, что происходит!

И… перестать вести себя глупо.

Рейвен не знает кое о чем: о призраке. Работа еще не закончена. А мне уже пора бы включить мозги!

— Я должна идти. Переодеться, — выпалила я.

Звучало глупо, но мне нужно было к себе в комнату. Одной. Во-первых, связаться с дядюшкой. Во-вторых, убраться подальше от Рейвена. 

Я заспешила вперед по коридору, вытащила из сумочки ключ и вставила его в замок. Рука дрожала.