Только после стычки с Адальхартом блондинчик разозлился на меня. Не подставил бы теперь и не вывернул, что это я во всём виновата! Я ведь просто хочу вернуться домой!

— Роберт! — перед нами возник пожилой лорд в военном мундире с широкой улыбкой на лице. — Поздравляю!

Мужчина горячо пожал руку Адальхарту, а мне поклонился:

— Леди Валери, вы сегодня прекрасны. Желаю вам с мужем здоровых детей!

Я ответила скромным кивком и опустила взгляд, кольнувший слезами.

Не напоминайте мне о детях, которых я всегда хотела. А теперь из-за операции, наверняка, полностью лишилась этой возможности. От мысли о невосполнимой утрате горячая боль стиснула грудную клетку. А Роберт, как назло, крепко притянул меня к себе за талию, положив жаркую ладонь на живот, будто всем показывая свою власть надо мной и готовность скоро этими самыми детьми обзавестись.

— Спасибо, Оттер, — кивнул Адальхарт. — Слышал, у тебя родился пятый? Мальчик?

— Да, сын. Теперь перевес на стороне мужчин. Расслабься, генерал, — лорд похлопал по плечу Роберта. — Скоро и ты будешь растить наследников!

— Непременно, — низким бархатом пророкотал Адальхарт, и у меня по коже пробежали волнующие мурашки.

— Поздравляю, мой дорогой Роберт! — прогремел низкий торжественный голос, отдаваясь эхом по всему залу.

На возвышении показался пожилой мужчина с короной на челе, облачённый в мундир, как у Адальхарта. Король. Отец Валери.

Роберт положил руку на сердце и низко поклонился. Я последовала его примеру.

— Подойдите ко мне, дети! — радостно раскинул руки в объятии “папа”.

Слабыми руками король прижал нас с Робертом к увешанному орденами мундиру, пахнущему величественным торжеством. И я ощутила под богатым кителем узкую, ослабшую от старости грудь и услышала радостное биение сердца. Папа искренне счастлив за нас с Робертом.

Поцеловав поочерёдо меня и “супруга” в щёки, король обратился к Адальхарту сияющим взглядом бледно-голубых глаз.

— Поздравляю с подтверждением брака, мой дорогой, — ласково проговорил он, придерживаясь за Роберта рукой. — Теперь я могу спокойно готовиться к отходу к праотцам.

— Мой Лорд, вам ещё рано, — тихо буркнул Роберт.

Интересный мир, интересные порядки. Я — принцесса, но снова ко мне внимания, как к табуретке. Как к вещи, с которой пришёл Адальхарт! Вот он для короля звезда. Что же такое между ними? Роберт действительно охмурил короля, чтобы стать наследником? Пусть я недолго его знаю, но его светлость не способен на подхалимство. Кажется, желание “папы” сделать Адальхарта наследником — по взаимной любви и согласию. Кроме согласия Валери…

— Я бы хотел поговорить с тобой перед обедом, Роберт, — сказал отец и перевёл на меня взгляд: — Ты позволишь, Валери, я украду твоего мужа ненадолго?

— Как я могу отказать, Мой Лорд, — поклонилась я, точь-в-точь повторяя действия Роберта и его обращение к королю.

Наверное, называть “папочкой” прилюдно его не стоит.

Его Величество двинулся в альков с винтовой лестницей, из которого появился, а Адальхарт приобнял меня за талию и прошептал жарким дыханием на ухо:

— К Эскорту не подходи, ради всего святого, Лера! Я скоро вернусь. Леди Вивиан! — окликнул Роберт золотоволосую леди, помогавшую королю подниматься по ступеням. — Я сам провожу короля, побудьте с дочерью!

Адальхарт оставил меня, скорым шагом устремившись к королю.

— Да, Роберт, — ласковым голосом отозвалась леди, протягивая мне ладонь с умилённой улыбкой. — Как ты девочка, моя? Сегодня ты просто сияешь!

— Спасибо, мама.

И спасибо, Роберт, что представил мне мою “маму”, а то я наверняка растерялась бы среди незнакомых людей, и пришлось бы ссылаться на частичную потерю памяти после бурной брачной ночи.

Я озадаченно рассматривала стоявшую передо мной женщину средних лет в тёмно-синем пышном платье, украшенном золотой вышивкой. Волосы её были уложены в высокую причёску, в которой блестел тонкий золотой обруч. Не сразу сообразишь, что королева. Скромная, изящная, и, казалось, добрая.

Родители Валери мне определённо нравились, в них не было помпезности, которую я ожидала увидеть в монарших особах. Они выглядели, как обычные люди. Как настоящая семья. В груди растеклось нежно чувство, и укол тоски заставил меня оглянуться к лестнице, по которой ушёл Роберт.

Всего минуту его нет рядом, а я уже скучаю.