— Известно какого. Турнира пяти королевств! Самих королевств больше нет, но состязания между сильнейшими из молодых магов проводятся ежегодно… А канцлеру вы сами все расскажете. Как и он вам. Напоминаю, до вашей беседы остался час…

Его голос затихал. Вдоль длинного перехода катилось эхо.

Предусмотрительно захлопнув рот ладонью, я пошла притворить дверь. Секретаря уже было не видно, но где-то впереди мелькнул нахальный хвост Элежберты. 

Глава 8.

Через час я уже стояла у кабинета ларга. У ничем не примечательной двери, обитой дубовыми панелями. Однако случайного посетителя должен был насторожить тот факт, что других дверей в этом крыле не имелось. Здесь начинались покои канцлера.

Приемная. Кабинет. Библиотека. Глубже мне, слава краку, заглядывать не доводилось. Но все комнаты для личного пользования тоже где-то там. 

Попасть в это крыло можно только, получив доступ от нашего всесильного мага. В стародавние времена эту дверь непременно охраняло бы многоголовое чудовище, но надобность в нем сокращалась по мере того, как росла мощь хозяина этих апартаментов. 

Сейчас главный монстр обитал внутри, и надо быть полной идиоткой, чтобы соваться туда по собственной воле. Я могла бы настоять на встрече, например, в столовой или на лавочке в парке. Злясь на себя за пораженческие мысли, я постучалась.

Шестидесяти минут едва хватило, чтобы собрать информацию по турниру. Причем большую часть этого времени я проверяла, как прошли занятия до обеденного перерыва. Обычно этим занимался Айвар и приносил мне готовые данные. 

Я обнаружила заметные отклонения в поведении у пяти классов. Это скорее всего означало, что на уроках произошли инциденты. Разумеется, восьмой, где училась красотка Эвелина, кренился от средней нормы от первого занятия и до последнего. У остальных наблюдались всплески. 

Связалась с менторами и запросила отчет. Они поднимут записи с занятий, предоставят их мне, напишут объяснительные… А дальше у нас еще два урока у младшей школы после обеда и четыре — у старшей.

Так что историю турнира я успела глянуть лишь мельком. Он проходил в Тайлерине все последние пятьдесят лет и символизировал примирение, наступившее на Элидиуме после эпохи бесконечных войн. 

Замирились эти господа своеобразно. Сильнейший ларг, болтавшийся по другим мирам, вернулся в свой. Ужаснулся степени разрухи, прихлопнул парочку королей, женился на одной королеве, стер границы между странами и заявил, что отныне всем наступил мир. А кто не согласен, то с тем он побеседует отдельно, за завтраком.

При этом традиция меряться силой между магами, представлявшими различные земли, никуда не делась.  И Тайлерин, самое сердце территории лагов, принимал одно из основных состязаний. 

Надо ли говорить, что имя пресловутого ларга я не смогла прочитать ни в одном талмуде, хотя натыкалась на него через строчку. Буквы разбегались во все стороны, как живые…

Эх, Торстонсон, будь проклят тот день, когда я громче всех хлопала после прослушивания твоего доклада «Архетипы в литературе и их влияние на магическое бессознательное». И вопросы после выступления я задавала неправильные. Надо было поинтересоваться, сколько лет ты уже женат и правда ли, что с женщинами расправляешься так же радикально, как с политическими противниками… 

На стук никто не отзывался. Я постучала еще раз. 

Возмутительно! Стою здесь, как нашкодившая ученица, хотя уже три минуты, как мы должны были разговаривать. Так не пойдет. Мне все равно, чем он там занимался… Ворвался в мою школу, в мой кабинет, сорвал назначенное время. Будто я всю жизнь обязана дожидаться… Ни за что. Толкнула дверь — та не шелохнулась.  

Только Богиня знала, чего мне стоило сохранить молчание. С досады ударила в дверь небольшим разрядом, в котором огненные импульсы смешались с воздушными. Моя собственная разработка. Магии требовалось немного, зато на выходе зрелищно.

Однако Торстон не был бы собой, если бы магия не отрикошетила обратно в меня. Я удержалась на ногах только благодаря защите, которую обеспечивал принадлежащий ему же универсальный браслет. 

Что же, придется поднять подбородок повыше и удалиться подальше. Но пусть не ждет, что я прибегу по первому зову. У меня плотный график. 

Стоило отойти на пять шагов в сторону лестницы, как раздался характерный хлопок. Позади сработало простейшее заклинание.

— Директриса, канцлер просит вас вернуться и ознакомиться. Обычно вы опаздываете на десять минут, а не на пять. Для вас приготовлено объявление. Директриса…

Понятно, что механический голос будет талдычить одно и то же, пока я снова не прикоснусь к дверному полотну. Торстонсон, уходя, вложил туда послание, но снабдил его идиотскими условиями в своем духе. Не удивлюсь, если оповещение включалось, только когда я повернусь к двери задом. 

Я прошла еще немного и уперлась во что-то упругое и невидимое. Блок.