Постепенно наше белье становятся лишними, и, под светом луны и фейерверков, Эрос и я становимся одним целым, но мы ведь уже ими и являемся.

Мы всегда ими были.

ЭРОС

Когда мы выходим из озера, Риз и я полностью промокли.

И не только в буквальном смысле.

Я поднимаю свой смокинг с земли, понимая, что не мог выбрать более нелепую одежду для дня своей свадьбы. Не смогу смотреть на фотографии без чувства, что я просто идиот.

— Боже, вы, наверное, не сделали то, о чём я думаю? —  спрашивает голос Диего с другого конца пирса.

Затем он начинает смеяться.

— Замолчи, дебил, — говорю, вытирая торс смокингом.

—  Эрос! — упрекает меня Риз. —  Этот костюм стоит кучу денег.

Я подхожу к ней и надеваю пиджак ей на плечи, чтобы вытереть её тоже. Не хочу, чтобы она простудилась.

— Ну, значит, придётся хорошо его использовать.

— Разве женится на мне в этом костюме – не самое хорошее применение? —  упрекает она меня. Она хмурится и немного морщится носом.

На ней белое кружевное нижнее бельё и мокрые волосы, и честно говоря, в этот момент мне больше всего хочется снова попасть в озеро. И не для того, чтобы искупаться.

Я приближаюсь к её лицу и сливаю свои губы с её, не в силах остановиться.

Нас прерывает покашливание.

— Извините, что прерываю, но пока вы развлекались, все вас искали. Нужно идти.

— Ты настоящий зануда, знал об этом? — говорю, подходя к Диего, чтобы толкнуть его обеими руками, мстя за то, что он нас прервал.

Он кладет руку мне на плечи, начиная идти.

— Теперь ты мужчина, легенда, — шепчет он. — Ты женился. Повзрослеешь ли наконец? — спрашивает, глядя в небо, с какой-то надеждой.

— Это говоришь ты? Тот, кто только что смеялся, потому что мы трахались в озере?

— Эй! — жалуется Риз сзади нас. Она обнимает себя руками и держит в руках свадебное платье.

— Извини, принцесса, это было очевидно, — молчу, пожимая плечами.

Как только мы заходим в хижину, высыхаем и меняем одежду, мы возвращаемся к гостям. Уже поздно, и большинство уже уходит. Мы, наоборот, остаемся здесь, потому что находимся ближе к аэропорту, а завтра начинается наше медовое путешествие.

Риз и я в доме, потерянном в джунглях Пунта-Каны, с видом на море? Это скорее настоящий рай. Жаль, что нужно лететь на этом дурацком самолете. Я ненавижу эти чертовы самолеты.

Потому что да, может, годы идут, но мой страх перед самолетами так верен мне, что, к сожалению, не исчезает. Но ладно, пока Риз рядом, все будет хорошо.

Я смотрю на нее с другого конца зала. Она обнимает Лили, у которой довольно заметно вырос живот. И когда я говорю «довольно», я имею в виду реально сильно. Она просто огромная. Диего настоящий красавчик.

Вздыхаю, наблюдая за сценой.

Я знаю, что Риз моложе меня, но мне бы очень хотелось увидеть её такой.

Ожидающей нашего ребёнка. Я не скажу ей об этом, потому что не хочу её давить, но после того, как узнал историю наших родителей и всё, что они сделали для нас, я знаю, что стану хорошим отцом. Или, по крайней мере, постараюсь. Хотя, не могу сказать, что я — лучший пример для подражания, но я могу стать лучше.

И, наконец, я чувствую себя хорошо в своей коже. Потому что всегда думал, что не подхожу этому миру. Слова того полицейского, который сказал мне в тот раз в участке, всё ещё преследовали меня, когда я думал о своём будущем. Я хотел быть с Риз, но я вырос в чертовой нищете. Не имел ничего из того, что было у неё. И когда я узнал, что на самом деле я должен был принадлежать к её миру, всё стало на свои места. Я понял, что она — моё место. И больше не было никаких неуверенностей о нашем будущем, как раньше.

Более того, я благодарен, что вырос без ничего, потому что теперь я ценю в тысячу раз больше всё, что у меня есть. Особенно её.

А видеть её сегодня в свадебном платье... боже, думаю, не существовало человека на всём чертовом свете, кто был бы счастливее меня в тот момент.

Как только уходит последний гость, я подхожу к Риз и кладу руки ей на талию.

— Я слышал, что сегодня у нас брачная ночь? — говорю, прикладывая руку к уху, как будто кто-то на самом деле сказал это. Она улыбается, качая головой.  

— Кто сказал «брачная ночь»?

После этого я приседаю, чтобы поднять её с пола и беру на руки, поднимая, как принцессу, так же как в тот день в её балетной школе, когда мы едва ли знали друг друга. Прошло много времени, но я помню это, как если бы это случилось вчера.

И, идя к нашей комнате, в которой когда-то будет наш будущий дом, и слушая её смех, я понимаю, что добился своего.

Что, несмотря на то что я вышел из того чертового исправительного учреждения с единственной целью — отомстить и с способностью делать всё, чтобы забыть своё прошлое, я не только преодолел всё это, но и женился на человеке, благодаря которому я смог это сделать.

С ней. С Риз Расселл.