Его губы покинули мой рот, оставляя влажный след на подбородке, скользнули к пульсирующей жилке на шее, к ключице. Он коснулся поцелуем тонкой серебряной полоски шрама - следа разорванного рабства, - заставив меня судорожно выгнуться навстречу.

- Богиня… Какая же ты невероятная, - выдохнул он мне в кожу, обжигая горячим дыханием.

Пальцы Эрика нащупали шелковый пояс халата и потянули за край. Тонкий узел легко поддался. Прохладная ткань цвета лунного серебра соскользнула с моих плеч, обнажая тело.

Взгляд принца стал жадным, но в его движениях по-прежнему не было ни капли грубости. Его горячие ладони медленно оглаживали изгибы моей талии, скользили по бедрам, заставляя кожу вспыхивать миллионами электрических искр. Каждое его прикосновение смывало старые страхи, исцеляло память от прежней грязи и унижения.

Я больше не была бесправной жертвой. Я была живой, желанной, настоящей женщиной, которая сама выбирала свою судьбу и мужчину рядом.

Я запустила пальцы в его густые темные волосы, потянула на себя, требуя нового поцелуя. Мои ладони скользили по рельефным мышцам его плеч и спины, очерчивая старые боевые шрамы. Эрик глухо выдохнул сквозь стиснутые зубы, сдерживая нарастающий ураган чувств:

- Элира… Если ты продолжишь так ласкать меня, я окончательно потеряю рассудок.

- Теряй, - с вызовом шепнула я ему прямо в губы. - Я разрешаю.

Он тихо рассмеялся - хрипло, счастливо - и подмял меня под себя.

В эту ночь времени больше не существовало. Было лишь сбившееся дыхание на двоих, шепот в полутьме, сплетение пальцев и обжигающая волна наслаждения, накатившая сладко и неотвратимо, точно океанский прибой.

Когда шквал наконец утих, оставив после себя блаженное бессилие, Эрик бережно уложил меня на свое плечо, укрыв суконным одеялом. Его рука покоилась на моей талии, пальцы лениво перебирали шелковистые пряди моих волос.

Он долго молчал, глядя, как ровно вздымается моя грудь. А затем приподнялся, взял мое лицо в свои теплые ладони и посмотрел мне прямо в глаза - без масок, открыто и бесконечно серьезно:

- Я люблю тебя, Элира.

Слова упали в тишину каюты, как чистые хрустальные капли.

Я замерла, боясь шелохнуться. Внутри меня рухнули последние возведенные разумом стены. Ни в прошлой жизни на Земле, полной карьерных гонок, ни в этом холодном мире никто и никогда не говорил мне этих слов с такой сокрушительной, безусловной искренностью.

Глаза предательски защипало. Горячая слезинка скатилась по щеке, упав на его ладонь.

Эрик встревожился, нахмурив темные брови:

- Эй… Ты плачешь? Я сказал что-то не то?

Я покачала головой и тихо рассмеялась сквозь подступающие слезы, прижимаясь щекой к его широкой груди:

- Всё то, Эрик… Просто меня еще никто и никогда так не любил.

Он с облегчением выдохнул, крепче прижал меня к себе и поцеловал в макушку:

- Значит, привыкай, моя буря. Отныне так будет всегда.

За толстыми деревянными бортами плескалось ночное море, а в каюте царил покой, о котором я раньше не смела даже мечтать.

Глава 25

Утро наступало неторопливо.

Сначала сквозь дрему пробились привычные звуки корабля: скрип сосновых мачт, ленивые шлепки волн о форштевень, перекличка чаек над кормой и глухие шаги матросов на верхней палубе.

А следом пришло ощущение тепла. Густого, надежного, умиротворяющего тепла рядом.

Я приоткрыла глаза. Сквозь неплотно задернутую занавеску иллюминатора пробивался мягкий утренний свет, расчерчивая каюту полосами золота и речного перламутра. Воздух был напоен свежестью моря и ароматом согретого дерева.

Рядом со мной спал Эрик.

Одной рукой он по-хозяйски обнимал меня за талию, прижимая к своему боку даже во сне. Одеяло сползло до пояса, обнажая широкую спину и сильное плечо, на котором темнела затягивающаяся царапина после шторма.

Без своего камзола, без холодного взгляда наследного принца и насмешливых светских улыбок он казался удивительно домашним и уютным. Темно-русые волосы разметались по льняной подушке, длинные ресницы отбрасывали тени на четкие скулы.

В груди разлилась незнакомая, щемящая нежность. В прошлой жизни мои утра начинались с дребезжащего будильника, чашки растворимого кофе на бегу и бесконечных списков неотложных задач. В доме Дрейка я просыпалась в ледяном поту, ожидая очередного скандала.

А сейчас мне не хотелось никуда бежать. Хотелось просто лежать вот так, слушая ровное дыхание мужчины, спасшего меня от шторма.

Я осторожно шевельнулась, пытаясь высвободиться из его захвата, чтобы не разбудить. Но не успела сделать и движения, как сильная рука на талии собственнически сжалась, притягивая меня обратно.

- Даже не вздумай сбегать, - раздался хриплый сонный голос у самого моего уха.

Я тихо рассмеялась, повернув голову:

- Ты притворялся, что спишь?

- Я чутко охранял свою добычу, - Эрик лениво приоткрыл один серый глаз и улыбнулся той самой неотразимой улыбкой, от которой кружилась голова.