Я вскакиваю со стула. Это получается само собой. На эмоциях. Мне очень больно, чувствую, что сейчас заплачу, и не хочу, чтобы Динар видел эти слёзы.

— Сядь, Наташа. Это ещё не всё. Если хочешь услышать до конца, почему я взял тебя с собой, хотя мог отправить домой с водителем и вернуться позже как ни в чём не бывало.

Я опускаюсь на стул, потому что понимаю: другой возможности узнать правду он не предоставит.

— Карина работает на меня порядка восьми лет. Немаленький срок, да? За это время она ни разу меня не подвела. Я доверяю ей, как себе. Доверял, — поправляется Динар. — Много лет назад я искал хорошего юриста, мне посоветовал её один знакомый. Действительно, Карина оказалась профессионалом. Молодая, амбициозная, хваткая. Всегда была рядом, готова прийти на помощь в любое время дня и суток. Мне бы и в голову не пришло, что она как-то могла быть замешана в той аварии. А оказывается, что вуз и проживание в Москве оплачивала ей эта мразь. Романова никогда даже вскользь не упоминала о том, что знакома с Ворониным. Вы же вроде как сдружились с ней? Так вот, будь аккуратнее, Наташа. После такой информации я не знаю, смогу ли ей и дальше доверять.

— Она как-то причастна к той аварии? Это не укладывается в голове...

— И у меня. Но если так, то она ответит перед законом, как и наш общий «знакомый». Мои методы решения проблем, увы, не всем понравятся, поэтому для тебя будет лучше уехать с Максом из страны, как он закончит здесь все дела.

Мне как будто дали пощёчину. Боль в груди становится такой сильной, что невозможно сделать вдох. Не сразу удаётся взять себя в руки. 

— Ты эгоист, Асадов! И нет, не потому, что принял решение отомстить и восстановить справедливость, а потому, что преподнёс всё так, будто уже списал меня со счетов и сделал за меня выбор.

— Наташа...

— Ты поэтому отдалился и не давал о себе знать? Чтобы меня задеть? Чтобы я обиделась, а ты потом грамотно свёл на нет наши отношения, выставив себя не в лучшем свете? А я взяла и нарушила эти планы, приехав к тебе. Так ты решил ударить меня побольнее и привёз на встречу с этим человеком.

— Ты же жизнь себе загубишь, глупенькая. Я на кон многое ставлю. Рисковать люблю. В случае моего промаха тебя заденет, а мне бы этого не хотелось.

— И поэтому ты хочешь, чтобы я уехала из страны, да? Но чёрта с два я от тебя откажусь, ясно?

— Ты меня сейчас очень расстраиваешь, Наташа, — тяжело выдыхает Динар, испепеляя меня осуждающим взглядом.

— И ты меня тоже!

— Я полагал, что здравый смысл возьмёт вверх.

— Ты ошибся!

— С завтрашнего дня везде ездишь с охранником. Тебе ничего не угрожает, но слишком напряжённая вокруг обстановка. Мне так будет спокойнее. Макс чудит, с Кариной пока всё под вопросом. Глядишь, ещё и от Хабарова прилетит за жену.

— Отвези меня домой.

— Передумала ехать ко мне? — грустно усмехается он.

— Передумала. И охранника ко мне приставлять не нужно. Удобно же иметь человека, которому ты всегда можешь позвонить и узнать, что со мной, где я, с кем и в каком настроении? А я хочу, чтобы мы были в равных условиях, и ты в полной мере прочувствовал, как это — когда неделю сходишь с ума от неизвестности и сердце болит от волнения. Напряжённая обстановка вокруг, говоришь? Теперь она действительно будет такой.

— Решила зубки показать, Наташа? Ты выбрала неудачное время.

— Я говорю прямо: мне не нравится, что ты подвергаешь свою жизнь опасности. Меня не просто заденет, если что-то пойдёт не так, как ты задумал. Твоя смерть сломает меня. Ты же хотел честно?

Я поднимаюсь со стула и беру в руки сумку. Быстрым шагом иду на выход. Подожду Асадова на улице. Заодно подышу воздухом и вытру слёзы, которые градом катятся по щекам.

История про Измайлова Павла называется "Случайная связь".

24 глава

Наташа

До отеля мы едем в тягостном молчании. От былого настроя провести вечер с Асадовым не остаётся и следа. Умом я всё понимаю, а сердцем принять не могу. Динар жаждет мести. Впрочем, как и Макс. И ни один из них от задуманного не отступится. Но как быть мне? Без конца трястись от нервов и ждать, когда с ними что-то произойдёт?

— Что? Даже не поцелуешь? — спрашивает Динар, когда я тянусь к ручке двери.

Выскакиваю на улицу, но не успеваю пройти и двух шагов, как оказываюсь в кольце сильных рук.

— Да, похоже я поторопился с правдой. Предполагал, что отреагируешь эмоционально, но не до такой же степени. Наташ? Надеюсь, обойдёмся без лишней драмы?