Первым было красивое платье серо-жемчужного цвета, легкая и воздушная ткань струилась между пальцев и казалась невесомой, словно паутинка. Поискала застежку, но не нашла, натянула его через голову, обернулась к зеркалу и замерла.

Я должна была знать, что так и будет. Почему-то все девушки, которых я видела в доме Михаила Львовича, были блондинками. И мои волосы, русые с едва заметной рыжиной, обрели другой оттенок. Я стала блондинкой с теплым золотым блеском в волосах, солнечной, радостной, чистой и красивой, такой, какой не было никогда. Быстрый макияж, на который у мастеров ушло всего пару минут, сделал карие глаза огромными и невинными, словно отразив мою суть. И только губы выдавали меня с головой, только губы были ярко-красными, порочными, ненастоящими, как и весь мой новый образ.

Я разгладила складки на платье, чувствуя, как нежнейшая ткань струится по груди и бедрам. Да, на такое платье не жалко было тех денег, которые они наверняка стоили.

Что удивительно, девушка-консультант угадала, оно мне шло.

– Ну что? – Наталья откинулась шторку в сторону. – Ну, – оглядела она меня и констатировала, – берём. Следующее.

Мне принесли черное платье, которое казалось прозрачным из-за обилия кружев. Но стоило его надеть, и я поняла, что прозрачным оно было только в тех местах, в которых нужно. И снова оно удивительным образом подчеркивало фигуру, зрительно увеличивают грудь, поднимая её, делая более аппетитной. И снова Наталья сказала «берём».

Потом было красное платье, ещё одно чёрное, белое, зелёное, синее. Семь платьев на семь дней. Я хотела сказать ей, что это слишком, но потом поняла, что она всего лишь следовала приказу Михаила Львовича. Оборотень приказал, и она выполняет, точно так же, как и я.

Пакеты вновь передали нашему сопровождающему.

Из-за того, что на улице была зима, а меня забрали из дома практически без вещей, у меня не было ни приличной шубы, ни пальто. Я думала, что мы ограничимся опять же одной вещью, но всё пошло не так.

– Что бы ты там ни думала, но оборотни очень тщательно выбирают внешний облик своих спутниц. Вещи – это признак их достатка. Всё, что на тебе надето, это не для тебя, – пояснила Наталья. – Можешь считать это подарком, но на самом деле это всё – для него.

– Даже если она мне не нужна?

Наталья улыбнулась, в первый раз за этот день.

– Александра, Михаилу плевать на твои желания точно так же, как ему плевать на желания всех остальных. Ты человек. Будь в тебе хотя бы капля оборотнической крови, разговор был бы другим. Но ты человек. Мы для них ничего не значим. Просто запомни это.

Она была права. Мы жили, словно в разных мирах, стараясь не контактировать, и я была безумно рада, если всё оставалось так и дальше.

Белоснежная шуба, красное пальто отправились в пакеты. Оставалась только обувь. Я любила выбирать обувь, это единственное, что поднимало мне настроение всегда и безоговорочно. Под белую шубку Наталья выбрала мне белые сапоги, высокие с золотой пряжкой на боку. И что-то мне подсказывало, что пряжка было из самого настоящего золота. Иначе и быть не могло. Четыре пары туфель я успела заметить лишь мельком, только примерила, и они отправились обратно в коробку. Зачем мне так много обуви я и так поняла, наверное, это всё тот же пресловутый статус оборотня, статус будущего вожака.

Я задержалась у зеркала, рассматривая себя, привыкая к новому облику. Немного стервозности мне не помешает, я знала, что мне грозит тяжелое испытание. Пусть Михаил сказал, что я привыкла жить среди оборотней, но это было не так. Я ненавидела их всей душой, не понимала, почему природа не истребила их вместе с динозаврами. Они были монстрами в человеческом обличии, а порой и без него. Большущее волки с когтями и горящими глазами, которое охотились, загоняли свою жертву, убивали её не для еды, просто ради забавы. И в человеческом облике они были не лучше.

Возвращаясь в дом Михаила, мы с Натальей молчали. Нам все равно не о чем было говорить, мы не друзья и никогда ими не будем. Она всего лишь человек, которому поручили заботу о другом человеке на один день, после этого наши пути разойдутся.

Железные ворота на территорию дома Михаила разъехались в стороны, пропуская нас. Меня высадили, помощник вынес из багажника все вещи, сгрудив их кучей в гостиной.

– Жди здесь, – Наталья улыбнулась. – Удачи тебе, девочка. Не прогневи его.

И она ушла, оставив меня в удивлении стоять и смотреть ей вслед.

Я была уверена, что она думает, что я очередная любовница Михаила. Так ли это, или она знала, к чему меня готовит?

Я подошла к окну, смотря, как падает снег. Скоро Новый год, все готовятся праздновать, только среди оборотней это было не принято. Поэтому и дом стоял серым и обычным, без украшений и гирлянд. Но снег всё равно оставлял надежду на чудо, которое обязательно случится в новогоднюю ночь.

– Что здесь происходит? – холодный мужской голос вырвал меня из краткого мига блаженства.