И пусть смех был несколько нервным, так и ситуация вырисовывалась крайне нервная. Что предстоящий поход за его сыном (он может и не показывал этого внешне, но за Виктрана мужчина очень сильно волновался), что обстановка в столице.

[1] Урлан – орлан-белохвост.

Глава 4

Глава четвертая

Искать морфа по непроходимому лесу – то еще удовольствие. Ни троп, ни хоть каких-то ориентиров! Мы блуждали портальными маяками уже минут сорок. И, казалось бы, моя магия была связана с морфом, а вот поди ж ты, все равно что-то сбивало. Искажало портал, открытый духом. Мы словно по кругу ходили вокруг того места, где залег мышонок.

И Хранитель пока не понимал, что именно его сбивает. Хотя предположение сделал – Священная Пара оберегала морфа.

В это, к слову, очень хорошо верилось, учитывая все произошедшее ранее. Виктран для богов был очень ценен и важен.

Но я же его не убивать иду! Наоборот – в чувство привести, вернуть в лоно семьи. Что не так-то? Зачем меня кругами водить?!

Мы сделали очередной прыжок, после которого Амадео запросил отдыха. Можно было подумать, что он меня на себе таскает, и ему тяжело. Мы ж почти ногами по сугробам и не лазили!

– Что-то не так, Хозяйка? – с трудом пробив себе дорогу к дереву, к которому и прислонился (считай, ухнул в снег у ствола), спросил Амадео.

– Мы почему-то ходим кругами. Конечная точка, по сути, не меняется, но мы к ней выходим с разных сторон. Можно ради интереса повесить на это вот дерево одеяло и снова воспользоваться силой Хранителя, но я уверена, что мы окажемся здесь же, но подойдем уже с другой стороны…

– То есть Хранитель не может нас перенести конкретно в то место, где сейчас находится мой сын?

– Получается, что так…

– Ваша светлость, так значит, нам больше и не нужно перемещаться. Мы достигли нужной точки. Просто Виктран не на поверхности, – мужчина широко улыбнулся. – Вы же сами говорили, что он сейчас в виде мышонка. А значит, он или в норе, или в дупле. Но нора вероятнее.

Я и сама об этом думала, но надеялась, что нас или в то самое дупло носом ткнут, или ногами к норе приведут. А получалось, что нам следовало немаленькое пространство перепроверить, потому что моя нить, словно клубок какой-то, оплела всю площадь этой заснеженной «поляны» и постоянно находилась в движении. О чем я, конечно, и сообщила Амадео.

Ориентир есть, но он вот такой… запутанный.

– А я вам на что? – усмехнулся аргерцог. – Вы, Ваша светлость, отвернитесь, мне бы перевоплотиться.

Вряд ли он меня стеснялся, но спорить я не стала. Действительно, а еще один морф мне на что? Уж он-то и под снегом почует даже слабое биение сердца…

– Аррр!

Нет, я, конечно, не шибко удивилась, увидев матерого, черного, с небольшой проседью в шерсти волка, но честно – если б не знала, что передо мной морф, испугалась бы не на шутку. Он был выше в холке, чем волк Виктрана, и безобидным совершенно не выглядел. Куда там! Наоборот, от него за версту веяло опасностью!

– Хороший волчок, красивый, и зубы крепкие... Но можете больше их не демонстрировать, я правда все рассмотрела.

Кашляющий лай стал мне ответом. Будто аргерцог собственным смехом подавился. Тоже мне шутник!

– Давайте так, вы сейчас к своим ощущениям прислушаетесь, а я попробую сосредоточиться на своей связи с вашим сыном. И, может быть, удастся задать более точное направление. Так сказать, узнать, где копать.

Мой юмор Амадео оценил, снова разразившись кашляющим лаем, но уже гораздо более тихим.

Сказано – сделано. Я притулилась к тому же стволу дерева, к которому прижимался Амадео, и нашла удобную позицию. Все ж когда ты постоянно в снег проваливаешься, да так, что у тебя пятки выше головы оказываются – такой себе расклад. И закрыла глаза, выпуская на волю свою магию.

Где же ты, спящий красавец?!

На мою магию отозвалась земля, я будто ощущала стук ее сердца. Сонный бег ее токов, ее радость от того, что я здесь. Это были настолько странные чувства, как будто что-то большое, бесконечно тебя любящее начинало убаюкивать своей любовью. И ты нежишься и нежишься, напрочь забыв о том, зачем вообще обращалась к магии и для чего тревожила спящую до весны землю.

– Ой! – невольно вскрикнула, когда большой язык внаглую прошелся по моему лицу. – Аргерцог, вы чего делаете?!

– Рррр!

Ну а какого еще ответа я ожидала?

– Рры, рра, рррав!

Он как будто отчитывал меня! И так-то не сильно был неправ. Я ведь действительно забыла, что именно хотела делать. Сидела, опершись на могучее дерево, и блаженствовала оттого, что меня Колыбель любит. Тьфу, Настька!

– Простите, замечталась. Что-то нашли?

Волк мотнул головой.

– Давайте я еще раз попробую и не буду отвлекаться. Не буду!

Поведение аргерцога в какой-то мере было милым. Если исключить тот факт, что передо мной стоял огромный волчище. Страшный он, что поделать?