— Но это неправильно, — возразила Верония. — Мы же сюда учиться прибыли, а не на нападки отвечать.

— Верно. А сами можете этим похвастаться?

И снова намёк на мою персону. Ребята скрипнули зубами, но ничего не ответили. Прекрасно понимали, что мэтр прав. Однако я не думаю, что после этого разговора все вдруг воспылают ко мне любовью и начнут общаться. Нет, в лучшем случае просто не будут задирать прилюдно и, возможно, игнорировать.

— Я надеюсь, хоть это до вас дошло, — подытожил мэтр. — Дальше я хочу поговорить с вами о магии. Вы прекрасно знаете наше с ними принципиальное отличие: мы не можем колдовать без использования заклинаний, без этого знания мы даже свечу не сможем зажечь. Тогда как драгхары рождаются с такой магией. Мы ещё называем её бытовой. Они управляют всем, что нужно им в обыденной жизни: разжигают огонь в камине, не являясь магами огня; кипятят или подогревают воду, даже если они маги земли или воздуха; убирают пыль по щелчку пальцев и так далее. Также каждый драгхар имеет определённые навыки целительства, но далеко не каждый может стать настоящим целителем, как вы понимаете. Ещё вы прекрасно знаете, что драгхары владеют стихийной магией во всех её проявлениях, но на самом деле не только ей.

Вот тут мы навострили уши. Официальная информация на этом как раз заканчивалась, подробностей их магии и силы мы не знаем, а потому было интересно всё услышать.

— Начнём с того, что стихийная магия может быть разной. Если драгхар — маг воды, то необязательно он будет повелевать только лишь водой. Он может с её помощью создавать иллюзии, например искажать пространство. Может владеть только льдом, ведь это именно водная стихия. Может быть слабым магом и универсальным, а может настолько сильным, что заставит море затопить целый город или раздвинуть его и сотворить коридор, чтобы можно было пройтись по дну. Или заставить его вскипеть и даже испариться.

Вот это... мощь. Теперь я понимаю, что водная скульптура, которую я заметила в одном из коридоров академии, ещё далеко не предел их возможностей.

— То же самое касается и других стихий, все возможности драгхаров я не стану перечислять, да и не знаю, если честно. Многие сильнейшие рода не раскрывают своих секретов, и остаётся лишь догадываться о их силе и способностях. Но на самом деле драгхары могут владеть не только стихиями, — продолжил мэтр под всеобщую тишину. — Иногда у них рождаются маги с уникальными способностями, которые не будут относиться ни к одному виду стихии. Почему так происходит, нам неизвестно. Возможно, это знают сами драгхары, но с людьми, как вы понимаете, они своими секретами не делятся.

— Поэтому менторов в академии пятеро? — спросил Стефан.

— Да. По одному сильнейшему в своей стихии и один уникальный маг. Не каждый раз менторов именно пятеро. Если такого уникального мага в академии нет, то сподручных деканов будет четверо. В этом поколении есть, как будет и в следующем.

— А чем уникален нынешний ментор?

— Он повелевает временем, — ответил Кайле мэтр. — Может его замедлять, ускорять или останавливать. Путешествие во времени — это тоже к нему, как в прошлое, так и в будущее.

Ребята заинтересованно загомонили, но мэтр не разделял их оптимизма.

— Смею вас огорчить, он не имеет права пользоваться своей силой так, как ему или кому-то заблагорассудится, — строго сказал он. — Менторы несут огромную ответственность именно из-за своей силы и просто так пользоваться ей не станут. К тому же все они стоят на контроле у императора и главы тайного сыска. Если они пустят свою магию во вред, то отвечать будут по всей строгости закона.

— Вы сказали, что в следующем поколении тоже будет пятый ментор. Вы не знаете, кто именно? — спросила я.

— Знаю. Ваш куратор — Беон Лодсмог.

— И что такого уникального у него? — спросил Тормод, развалившись в кресле, как у себя дома.

— Он менталист. Способен управлять эмоциями, может внушить страх, радость или что-то иное. А ещё может читать ваши мысли.

Мысли? Вот это... новость...

После сказанного мэтром наступила тишина.

Никому из нас это не понравилось. Не знаю, что думали остальные, но мне показалось, что менталиста приставили к нам не просто так, а для наблюдения. Что же они надеются найти в наших мыслях?

— Конечно же, он не может пользоваться магией кому-либо во вред. Для того чтобы использовать свою силу, ему нужно специальное разрешение или... довольно веский повод.

— Какой, например? — задал резонный вопрос Тор.

Хотелось бы знать, чего не стоит совершать, чтобы в твоей голове не копались.

— Например, тяжкое преступление или ситуация, где необходимо узнать правду, — пояснил мужчина, только особо яснее от этого не стало.