В гостинице все спали – по коридорам, которые освещались лишь керосиновым фонарём, что прихватил с собой Киан, мы шли медленно и тихо. Боялись потревожить хозяев и других постояльцев. Дверь вообще оказалась закрыта на засов, но муж преспокойно её отпер и вывел меня в ночь.

Вот только сейчас она совсем не походила на привычное темное время суток. Здесь небо устилали миллионы звёзд, которых в городах я почти не замечала. И где-то на горизонте, окрашивая всё в волшебные зелёно-розовые цвета, переливалось и завораживало северное сияние.

– Как прекрасно! – прошептала я, оцепенев от восторга.

Киан, поставив лампу на снег, приобнял меня за плечи.

– Не зря разбудил? – спросил он с лёгким превосходством.

– Нет! – тут же отозвалась я и слегка развернулась, чтобы взглянуть мужу в глаза. – Это волшебно, спасибо огромное-преогромное, что привёз меня сюда!

 – Да разве за это стоит благодарить? – усмехнулся Киан.

– А почему нет? Ты же не обязан был, да я даже не просила и не подозревала, что здесь есть такое потрясающее место.

– Я обязан делать счастливой свою женщину, – пояснил муж и легко коснулся моих волос губами.

Мы постояли так ещё немного, потом я поняла, что у меня затекли ноги. Киан, заметив это, тут же сел и предложил мне устроиться у себя на коленях. Провели мы так больше часа, пока сияние не пропало, оставив нам лишь тёмное небо со звездной россыпью, а потом отправились обратно в номер. Правда, из-за переполнявших меня эмоций – и из-за жёсткой кровати, спать я не хотела совершенно.

– Ты-то успел вздремнуть? – поинтересовалась я у мужа, не зная, чем заняться.

– Да, поспал немного. Но кровати у них не слишком удобные.

– Согласна, – подтвердила я, в тайне радуясь, что не одна такая привереда. – Лучше дома выспаться, но сейчас, наверное, уехать не получится?

– Конечно, все же спят. Мы не можем просто скрыться, никого не предупредив, – хохотнул Киан, стаскивая шкуру с кровати и устраиваясь прямо на полу. А ещё зачем-то он внезапно отросшим когтём отковырял от кровати небольшие объёмные украшения, которые льдинками раскатились рядом с ним. – К тому же, раз мы здесь, я хотел сделать кое-что ещё.

– Что? – озадачилась я, на всякий случай подходя ближе.

Без колебаний я вложила свою ладонь в протянутую мужем руку. Рывком он потянул меня вниз и устроил рядом с собой, прижав поближе.

– Я уже целую неделю размышлял о чём-то подобном, – сообщил Киан, расстёгивая пуговки на моём платье, пока я, стараясь удержать равновесие, упиралась ладонями ему в грудь. – Конечно, можно было бы поэкспериментировать и дома, но здесь как-то интересней, что ли.

– Что ты задумал? – спросила я несмело, цепляясь за край его рубашки и выправляя её из брюк.

– Просто хочу кое-что проверить, – шепнул муж и, осторожно спуская рукава платья, медленно покрывал мою кожу поцелуями.

29

От сочетания прохлады комнаты и горячего дыхания дракона, у меня поползли мурашки. Когда Киан снял мой лиф, соски уже напряглись в предвкушении. Наклонившись ко мне, муж поочерёдно лизнул оба, а затем подул. Внутри меня все затрепетало. Со стоном, я прогнулась, и Киан, пользуясь моментом, бережно уложил меня на шкуру. Затем, сняв платье и трусики, провокационно раздвинул мои ноги.

После нашей первой ночи мы, конечно же, занимались любовью уже не один раз. Но почему-то сегодня, в неярком свете лампы, в незнакомом месте, всё происходящее особенно смущало. Я с придыханием смотрела, как медленно обнажается мой муж, в каком будоражащем напряжении находится его естество.

Ощущения, когда он накрыл меня своим горячим телом для поцелуя, а через шкуру проступал холод от пола, были непередаваемые. Заведённая, я стонала Киану прямо в рот во время поцелуя и пыталась обхватить его ногами сильнее. Осторожно тёрлась лоном о его мужское достоинство, уже желая слиться. Однако у Киана планы оказались другие.

Оторвавшись от меня, он свёл мои руки над головой и приказал:

– Не опускай их.

А затем взял одну из обрезанных им льдинок в рот. Холодная пластинка прикоснулась к моей шее, и тут же лёд сменился тёплым дыханием. Затем Киан прошёлся вниз, до груди, раздразнивая этой резкой переменой и без того напряжённые соски. Льдинка превратилась в россыпь капель, оставшихся на моём теле, а муж взял следующий кусочек. Прошёлся по животу, заставив меня втянуть его так сильно, насколько я была способна. Вырисовывал вокруг пупка спирали, хитро поглядывая на моё выражение лица. На приоткрытые губы, на медленно облизывающий их язык.

Следующим кубиком изо льда, Киан провёл по внутренней стороне моих бёдер. Сперва по одной ноге, дойдя до колена. Затем вернулся почти к самому низу живота и перешёл на другую. А после проделал всё тоже самое, но лишь горячим языком, иногда нежно прикусывая одними губами.