Мало того что мужик высоченный и широкий в плечах, как кусок здоровенной скалы, загородивший собой почти весь мир, так ещё и, пока он незримые надписи на моём лбу читал, глаза его алыми всполохами светиться начали, вот и не рискнула.

Нормально, оказывается, в этом сугробе мне прежде лежалось. И почти не холодно уже совсем. Наоборот. Куда более холодно и мрачно смотрел всадник, когда склонился надо мной и подал затянутую в чёрную перчатку ладонь, предлагая помочь подняться. Я отрицательно помотала головой и ещё чуточку подальше от него отодвинулась чисто из инстинкта самосохранения, зарываясь тем самым глубже в сугроб.

Уж лучше подожду, когда они уйдут, и кого-нибудь другого спрошу, как в посёлок вернуться!

Если повезёт, то и сама дорогу найду…

И тут не повезло.

Ни один из них уходить или уезжать не собирался, все до единого остались. А тот, который высоченный и широкоплечий хоть и выпрямился, со скучающим видом уставившись в небо, но не отошёл. Правда, теперь, когда алые всполохи в его тёмных глазах угасли, больше не казался таким уж жутким. Волевой подбородок и правильные, хоть и суровые, черты лица не портила даже лёгкая горбинка на носу, может, даже украшала. Встреться он мне при других условиях, я бы, может, и загляделась. Хотя и сейчас загляделась. То на него, то на облака, которые так и оставались алыми-алыми, как причудившиеся мне всполохи в мужских глазах, так и намекая, что не только в одежде странных мужчин и их поведении кроется моя проблема. В том, что у меня именно проблема, я вскоре убедилась. Стояла и ничего не делала эта четвёрка незнакомцев не просто так. Пара минут прошла, а с той стороны, откуда они появились, потянулась целая процессия.

И не просто процессия!

Всадников было ещё больше. И у каждого здоровенный меч за спиной. С учётом того, что охраняли они не сами себя, а самые что ни на есть настоящие кареты, мечи вполне могли быть настоящими.

Всё-таки не обычные ролевики.

Может, цирк?

С представлениями.

Правда, ни одного животного в клетках тут в помине не наблюдалось.

А жаль…

Жаль, кстати, постепенно стало не только собственную психику, в рамки которой никак не укладывалось видимое, но и всю себя. Очень. Сразу, как только от процессии отделился ещё один всадник, поспешивший в нашу сторону. На нём было схожее одеяние, разве что из-под ворота тёмного сюртука виднелось белоснежное кружево, а на его плечи был накинут отороченный мехом плащ. Им он с самым величественным видом и взмахнул, прежде чем спуститься с коня и встать на ноги.

— Скажи, что ты тут шпрехшталмейстер, — протянула уныло, припомнив наименование того, кто считается самым главным в цирке. — Или хотя бы знаешь китайский, — закончила совсем грустно.

Просто на английский и французский совсем никакой надежды не осталось. Остатки веры в китайский тоже исчерпали себя, едва мужчина в меховом плаще презрительно скривился, скосившись на меня, а затем позабыл о моём существовании, о чём-то очень эмоционально разговаривая с широкоплечим. На беседу двух равных людей не походило. Скорее, на спор и допрос. И допрашивал кружевной воротничок явно не просто так, а по поводу всё ещё пребывающей в сугробе меня.

Зарыться ещё поглубже, что ли?

Жаль, подумала об этом я немного поздновато.

А в руке у незнакомца с кружавчиками появился посох. Самый настоящий. Как в сказке про злых колдунов, которые героинь со свету сживают, ибо им злая королева приказала. Со здоровенным камнем поверху. И материализовался он не откуда-то там, а прям из воздуха!

— А знаете, я, пожалуй, пойду, — ошалело промямлила, округлившимися глазами уставившись на посох.

На циркача кружевной воротничок не тянул уже при любом раскладе. Как и на фокусника. Если только впрямь на злого колдуна, слишком уж явно у него лицо опять перекосило, когда он материализованный из ниоткуда посох в мою сторону направил.

Вспышка!

Ослепляющая.

Вмиг дезориентировала!

Я как начала приподниматься из сугроба, так заново в него и плюхнулась, прикрыв лицо ладонями. А ещё чихать начала. Долго. Аж до слёз. До тех пор, пока сквозь них не различила недовольное:

— Ты меня слышишь вообще или глухая? Кто такая? Что здесь делаешь?

Чихать я перестала. Осторожно раздвинула пальцы, сквозь них посмотрела на того, кто вопросы мне наконец на понятном языке начал задавать.

— Ты меня понимаешь? Кто такая? И что здесь делаешь? — повторился… точно колдун!

Иначе как я его вдруг понимать стала?

Язык-то, на котором он ко мне обращался, так и остался до сих пор неизвестным. Но теперь по непонятной причине более чем понятным. Настолько, что я и сама ему на том же ответила:

— Понимаю. Не глухая, — брякнула и прикусила себе язык.

От неожиданности.

— И? — нетерпеливо и не замечая моего удивления, настаивал на том же самом, что и прежде, обладатель кружевного воротничка. — Кто такая? Откуда? Как зовут? И что здесь делаешь? — Прищурился подозрительно, склонившись надо мной.

Делать нечего. Пришлось действительно зарываться в сугроб поглубже. Но молчать я не стала.