А дальше шло видео, так как неразумная деточка была сильно занята собственной внешностью и на то, что мать снимает, внимания толком не обратила:

– Ну вот… вроде закрасилось. Надеюсь, меня никто из знакомых с тем кошмаром на башке не видел! – выдохнул Александр. – Ну Оксанка и зараза! Мам, чего ты потешаешься-то? Ай… за что теперь?

– Какая она тебе зараза? Ты хоть соображаешь, что было бы, если б там менее сдержанная жена была? Да она бы племяшку или побила бы, или вообще того… Вы ж её, бараны стоеросовые, подставили по полной схеме!

– Дааа, это мы что-то не подумали… – протянул Сашка. – А там такая бой-баба… у неё прозвище Валькирия. Ай, а сейчас-то за что? – подпрыгнул он, вновь получив мокрой тряпкой.

– Да вот за то, что голова есть на плечах, возраст уже за тридцать, а мозгов не нажил! И правильно у тебя на затылке написано, что ты – подставщик!

– Что? Что у меня написано? Мам… ты что такое сказала?

– На, держи зеркало. Да не так! Повернись спиной к настенному! Ну, увидел?

– Еж... овая жжжж… – зажужжал Александр, узрев готические цветочки и его диагноз, выписанный прямо на головушке неразумной. – Аааа! Как это убраааать?

В насыщенно-чёрном цвете это смотрелось исключительно отчётливо!

– Ну, как убрать? Брить только!

– Да почему же ты мне сразу не сказала?

– Сказала, но ты меня и слушать не хотел – краску требовал, – законно возразила мать, решившая, что вот это вот всё было исключительно полезно для взросления сы́ночки, подзастрявшего в собственном раздутом самомнении.

– Вик! Вииикааа! – потормошил жену Орлов. – А что ты такое смотришь и улыбаешься, как кошка, которая слопала всю сметану в доме? Ты мне, может, расскажешь всё-таки, что вчера было?

– Просто ролик забавный попался… – пояснила Виктория, которая была уверена, что всё надо делать методично. – А ты уверен, что всё хочешь знать?

– Уверен! Правда, отчего-то мне кажется, что мне это «всё» не понравится…

Орлов слушал жену с совершенно ошалевшим видом.

– Вик… тут была Оксана?

– Да, сидела рядом с тобой на кровати.

– Вик, я тебе клянусь… мы расстались давно, я больше с ней не…

– А ей сказали, что ты её любишь, и что она должна тебя спасти от «офисной толстухи», – усмехнулась Виктория.

– Кто сказал? Что за бредятина? – взвился Вадим.

– Да ты погоди, не торопись…

Вика спокойно рассказывала, её супруг уже только что по потолку не бегал, а люстра нервно позвякивала от рычания разгневанного Орлова.

– Так, я поехал… я им, гадам, всё скажу! Вик, где ключи от машины?

– Вадим, ты с похмелья… неразумно сейчас за руль садиться, сам понимаешь.

– Такси вызову! Ну и скоты! Спасатели!

– Да ты погоди… Родственник Оксаны уже обесточен… – усмехнулась Вика.

– В смысле…

– Видишь ли, Оксана, кажется, слегка простовата…

Вадим притормозил и с любопытством покосился на Вику.

– Но это вовсе не отменяет того, что она может быть очень мстительной. Она так обрадовалась, что я не стала… гм… нервничать, что взяла и придумала дивное возмездие.

– Сама?

– Сама-сама, – Вике и своих заслуг хватало, что уж там упоминать про идею с краской.

Она вручила мужу смартфон и начала показывать результаты «мсти».

– Ёлки-палки… – шумно выдохнул Вадим, узрев натурального блондина Сашку, который на фото был представлен в розовом цвете и с оригинальной стрижкой. – Это прямо сильно!

– Ещё бы! Да ты ж надпись и цветочки не видел!

– Ещё и надпись с цветочками… что-то мне кажется, что я дёшево отделался, так безболезненно расставшись с Оксаной.

– Ты же её не обижал, – пожала плечами Вика. – А! Ещё она рассказала его матери, а у той муж ушёл… короче, она болезненно воспринимает вмешательства прекрасных дев в семью. Короче, вот, смотри…

Орлов с изумлением досмотрел последнее видео, в конце запечатлевшее бритого Сашку, на висках которого чётко выделялись чёрные зигзаги, а на затылке – цветочки и характеристика его поступков, данная троюродной сестрой – последствия упорного перекрашивания.

– И что? Это так и останется? – Вадим и не подозревал, что женские приблуды с изменением цвета волос могут быть настолько опасными…

– Нет, ещё несколько раз помоет голову, в смысле, кожу, и всё смоется. Ну или спиртом протрёт.

– Коктейлем Витькиным… – пробурчал Орлов. – Вот твари-то… Разве ж можно такое устраивать! Ладно, Вик, ты не волнуйся, но мне всё-таки надо с ними пообщаться. Я такси возьму, съезжу и скоро вернусь.

Вернулся он поздно, со сбитыми костяшками на правой руке и очень сердитым.

– Оказывается, эти идиоты не сами по себе бараны, а по инструкции! – объяснил он Вике.

– Это как?

– К ним, оказывается, Данька обратился, что, мол, брата надо спасать! Вот они и начали действовать!

– Ааа, типа захомутала его коварная толстуха? – усмехнулась Вика.

– Как-то так… Вик, ну что с ним такое происходит? Ладно мать… у меня с ней никогда хороших отношений не было, но Данька?