Когда он, не забывая подтягивать штаны, зашагал к воротам, я хотела было окликнуть его и задать пару стратегически важных вопросов, но надобность в них отпала, потому что перед Янни распахнулись ворота. Идиот прошествовал мимо них, словно принц, и стал орать, чтобы я поторапливалась. Даже самый любопытный ребенок сейчас позавидовал бы моему удивлению.

Я ступила за ворота. Взгляды всех часовых были прикованы ко мне. Тронь я лук или потянись за стрелой – и меня нашпигуют железом, как утку яблоками.

Думаю, многие совершали такую ошибку. Я – нет. У меня даже мышца не напряглась и дыхание не сбилось. Ледяное безразличие – это все, что обитало в моем сердце. Выйдя из дома Янни, я жаждала лишь крови и возмездия, но едва мы дошли до таверны, и темперамент кнарка взял верх. Попробую по-хорошему, а если не получится, тогда в разговор вступит кнарк.

Первый вариант пока работал. Никто не сказал ни слова, когда я неторопливо догоняла подпрыгивающего Янни. Никто не остановил меня и не отнял мое единственное оружие. И никто не пошел следом, когда я поднялась по ступеням маленького замка вслед за дурачком и вошла в длинный зал.

Аромат пьянства, похоти и железа ударил в ноздри. Первым и вторым благоухали сотни мужчин и шлюх, снующие по залу, словно насекомые. А железом пахло от внутренней стражи, которой здесь было раза в два больше, чем снаружи. Сразу их и не заметишь. Они никак не выделялись и одеты были как остальные гуляки и пьяницы. Но от глаз кнарка не укрылись их пояса, увешанные кинжалами, и кружки в руках, к которым они часто прикладывались, но оставались абсолютно трезвы. Значит, там не вино и не эль. Скорее, какая-нибудь вишневая настойка, пахнущая как крепкое пойло, но не дурманящая разум.

Может, стоило сказать им, что они выдали себя с потрохами? Особенно когда изучали меня с ног до головы, в то время как другие гости даже не заметили новоприбывшего члена блудного клуба.

Янни медленно пробирался между буйными завсегдатаями и приплясывал под музыку. Скрипки, гусли, шарманки, флейты, барабаны и дудки… все слилось в едином ритме.

Девушки в дешевых шелках были едва одеты и явно этого не смущались. Количество голых грудей, промелькнувших мимо меня, перевалило за сотню. Белые, рыжие и черные волосы пару раз хлестнули по капюшону, пока девицы игриво «убегали» от своих ухажеров. А некоторые, которых «догнали», уже вовсю скакали на постанывающих кавалерах прямо за столами.

Кажется, я буду долго вычищать свой нос от этой вони, а глаза – от публичного совокупления.

– Идем же, идем! – покрикивал Янни-пом-пом и под музыку махал мне рукой. Он был так счастлив, будто вернулся в семью, которую давно не видел. А еще Янни явно считал себя потрясающим танцором и выделывал смехотворные движения, как бы невзначай поглядывая, оценила ли я по достоинству его мастерство. Но увы, насколько Янни был нескладным внешне, настолько же неуклюжими оказывались его движения. Будто не он управлял конечностями, а они им.

– Иду, Янни, – кивнула я, внимательно следя, куда наступаю, а то некоторые парочки уже перебрались на пол.

– Янни-пом-пом! – гордо исправил дурачок.

– Янни-пом-пом, да.

– Тост! – раздался громкий бас сбоку, и музыканты стали играть заметно тише. – За Аркина и Анцеля! Истинных королей нашего Города Мудрости!

Железные и деревянные кружки бурно застучали по столам. Люди повскакивали со своих мест, и даже те, чьи причиндалы были засунуты в шлюх, вытащили их и схватились за эль.

– За Аркина! За Анцеля! За наших королей! – вопили все невпопад и осушали кружки до дна. Эль тек по их щекам и шеям прямо на раздетых девиц, которые слизывали пойло со своих рук и заодно с потных тел кавалеров.

– Лучше бы Бетисса добила меня… – скривилась я.

– Чегось? – спросил слабоумный.

– Ничегось, Янни-пом-пом. Кто такой Анцель?

– Это брат. Лучший брат в мире! – возбужденно завизжал Янни.

– Брат Аркина?

– Анцель – брат Аркина! Да, Митра! Они лучшие братья на свете! Они хорошие!

– Ясно. Где они? Они в этом зале? – В моем голосе слышалось явное нетерпение, но толстый дурак, само собой, этого не заметил.

– Нет, красивая Митра! Братьев здесь нет! – закричал он и замахал рукой. – Идем, Митра, идем! Они там! И Аркин тебе все отдаст! Он хороший!

– Идем, Янни, – утомленно кивнула я, но когда он повернулся ко мне и сердито посмотрел, сразу добавила: – Пом-пом.

Дурак заулыбался так сильно, что перестал смотреть под ноги и свалился на какого-то амбала.

– Эй, жирдяй! Смотри, куда прешь! – поднялся грозный бугай и схватил дурачка за жилетку.

– Убе… – не успела договорить я, как громилу окружили два охранника.

– Отпусти его и отдыхай дальше, Поч, – приказали они, и мужик тут же выпустил слабоумного. – Иди, Янни-пом-пом. Развлекайся.

Янни как ни в чем ни бывало поплясал дальше. А мои брови тем временем поползли на лоб.

В конце зала открылись двери, когда Янни подбежал к часовым и принялся пожимать каждому руку.