А также прозрачные светящиеся цветы, распускающиеся в куче мусора.

Сун Цинлань ответил:

— Я тоже не знаю, где мы, — сказав это, ленивое выражение лица Сун Цинланя постепенно исчезло, и оно стало немного серьёзнее. После этого он рассказал ему всё, что знал: — Я только помню, как мы входили в наши капсулы. Я, казалось, потерял сознание на полпути, а когда проснулся, уже был здесь.

Что пошло не так, неизвестно. Когда Сун Цинлань проснулся, он также обнаружил, что лежит среди большой горы мусора.

— Возможно, капсула разорвалась во время перехода, из-за чего температура быстро упала. Быстрое изменение температуры могло вызвать чрезмерную сенсорную стимуляцию, — Сун Цинлань остановился, а затем продолжил: — Я находился в той же ситуации, что и ты, когда прибыл сюда. Я не мог двинуться с места и долго лежал на свалке, пока меня внезапно не оттащил здоровяк — тот самый, что вернул тебя. После пробуждения меня всё время держали в этой маленькой комнате. Судя по моим наблюдениям за это время, кажется, что здесь нет дня и ночи, и я никогда не видел солнца. Этот человек обыскал меня и забрал всё, что у меня было. Без коммуникатора я также не знаю, сколько времени я здесь задержан. По приблизительным подсчётам, я могу быть здесь как минимум пять-шесть дней.

Цзи Юйши нахмурил свои красивые брови.

— Так давно?

Сун Цинлань кивнул.

— Действительно давно. Это просто моё скромное предположение. Может быть, даже дольше.

Неудивительно, что Сун Цинлань выглядел так. Но для Цзи Юйши он находился здесь всего несколько часов.

Казалось, что между ними двумя были расхождения во времени, но это не было проблемой.

Они прибыли в один и тот же момент времени, но только в другом порядке.

Цзи Юйши спросил:

— А остальные?

Сун Цинлань сказал:

— Кроме того большого рыжеволосого мужика, здесь больше никого нет, и я не видел никого из товарищей по команде.

Никого другого?

Цзи Юйши подумал об этом. Могло ли что-то подобное случиться и с другими товарищами по команде, и те пришли бы позже, чем они?

Увидев его в раздумье, Сун Цинлань тоже о чём-то подумал и сказал:

— Я думал, что только у моего перехода проблема, и что мне придётся состариться здесь с этим бородатым мужиком, но, к счастью, он подобрал тебя. Похоже, что другие члены Седьмого отряда тоже наверняка придут сюда.

Внезапно будучи разделённым на длинном отрезке времени и пространства, не зная, в каком году, в каком месяце, и где находится это место, и будучи заключённым в одиночестве в незнакомой комнате, где никто не знает их местонахождения, любой обычный человек уже сломался бы. Но по тону Сун Цинланя и по его выражению лица Цзи Юйши не обнаружил ни малейшего следа хрупкости или страха.

Неизвестно, шутил Сун Цинлань или нет:

— Я должен поблагодарить его за то, что он нашёл тебя. Даже если мы не вернёмся, мне не будет до смерти скучно.

Цзи Юйши: «………»

— Неудивительно, что ты боялся заморозить меня до смерти.

— И правда. По крайней мере, у меня есть кто-то, кто может со мной поговорить, — На губах Сун Цинланя была лёгкая улыбка. — Ты должен знать, что этот здоровяк не говорит на том же языке, что и мы. Мне приходилось кричать и делать всё, что в моих силах, чтобы этот здоровяк понял, что я имел в виду, и только тогда он наградил меня одеялом, чтобы укутать тебя.

Так появилось одеяло.

Сун Цинлань кое-что заметил и подразнил:

— Разве так не намного теплее?

Цзи Юйши уже перестал бороться. После сна всё его тело стало мягким и безвольным. То, что сделано, уже сделано, и он больше не хотел двигаться.

— Да, спасибо.

После его слов, примерно в двух метрах от них постучали в круглый люк из сплава. За стеклом люка появилась рыжая борода, а затем борода двинулась вниз, показав румяные щёки и голубые глаза.

Это был бородатый мужчина, который их подобрал.

Бородатый мужчина увидел, что Цзи Юйши проснулся, и очень быстро открыл маленькое прямоугольное отверстие в нижней части люка. Его голубые глаза смотрели сквозь сетку, и он много чего бормотал. Это было похоже на вопросительную интонацию.

Похоже, Сун Цинлань к этому привык. Он холодно посмотрел на люк. Цзи Юйши тоже не понял.

Бородатый мужчина минуту-другую говорил сам с собой, меняя произношение нескольких слов и формулировку вопроса. Как будто у него закончилось терпение, он внезапно сердито ударил кулаком по люку, а затем бросил что-то в комнату через отверстие.

Банка катилась по полу. Небольшой проём закрылся, и бородатый мужчина сердито поплёлся прочь.

Цзи Юйши был озадачен. Он чувствовал, что с ним обращаются как с домашним животным:

— Он нас кормит?