Дверь капсулы открылась, и первым вышел Сун Цинлань. Окружённый персоналом, он передал им питательный раствор, который держал в руке.

Дверь другой капсулы также открылась, и из неё вышел Цзи Юйши.

Его также окружил персонал.

Шеф Ван уже вернулась в командный центр. Вместе с главнокомандующим они наблюдали за прибывшими через стеклянное окно.

Когда она увидела Сун Цинланя, на лице шефа Ван возникло очень сложное выражение, как будто что-то шокировало её. Верховный главнокомандующий по-прежнему что-то ей говорил, но, похоже, у неё возникли некоторые трудности с восприятием всей этой информации.

Вернулось далёкое воспоминание.

Когда персонал проверил его, и у него нашлось время, чтобы заметить изменение в окружающей среде, Сун Цинлань вскоре вспомнил, что он сделал перед уходом — публично выступил.

Хотя с его точки зрения это произошло много дней назад, но для людей в этом изначальном времени и пространстве всё случилось всего час назад. Эта новость потрясла весь третий командный центр и даже шефа Ван. На данный момент эта новость, вероятно, ещё не достигла остальной части сети Тяньцюн.

Сун Цинлань сидел на ступеньках, закатав рукава, и ждал, когда ему измерят артериальное давление.

Увидев, что шеф Ван до сих пор смотрит на него, он поднял свободную руку, чтобы поприветствовать всё ещё ошеломлённую женщину, а затем лениво усмехнулся.

Смысл этого был: «Верно, это именно то, о чём вы думаете. Я не только «согнулся», но и поймал отличного и очень хорошего партнёра».

Это было благословение.

Этот высокомерный взгляд Сун Цинланя был точно таким же, как когда ему удалось выделиться во время прохождения тренировочного лагеря и стать первым новым капитаном с медалью.

— Советник Цзи… — воскликнул кто-то.

Выражение лица Сун Цинланя мгновенно изменилось. Он немедленно отмахнулся от персонала и зашагал к толпе.

Все уступили ему дорогу.

Он увидел, как Цзи Юйши сидел, прислонившись спиной к приподнятой части платформы с закрытыми глазами и положив руки на колени, а его тёмные шелковистые волосы свободно рассыпались по лбу. Он был полностью расслаблен. Персонал, проверявший его пульс, собирался потянуться, чтобы проверить его глаза.

— Не трогай, — остановил того Сун Цинлань.

Все были озадачены.

Сун Цинлань наклонился и несколько секунд спокойно наблюдал за Цзи Юйши, прежде чем сказать:

— Не беспокой его.

Он вернулся в 1439 год, чтобы обратиться к тому, что тяжело давило на его разум в течение многих лет, был вынужден принять истину, которую трудно принять, и даже однажды умер.

После этого он вернулся к миссии Уроборос в 1470 году и в повторяющихся циклах снова и снова делал всё возможное, чтобы воссоединиться с Сун Цинланем, который был в другом цикле.

Миссия, которую они уже выполнили ранее, была простой, и они без особого труда смогли добраться до 100-го этажа и найти диспетчерскую. Однако Цзи Юйши возрождался снова и снова, когда Сун Цинлань приближался к своей предназначенной смерти, и ему также нужно было убедиться, что они завершат миссию вместе, прежде чем случится парадокс.

Цзи Юйши очень устал. Эта усталость не только психологическая, но и физическая.

За все эти годы он ни разу так не отдыхал, но в тот момент, когда вышел из капсулы, юноша заснул прямо у всех на глазах.

Люди снова разошлись. Шеф Ван и главнокомандующий ступили на платформу трансмиссии.

Шеф Ван нервно спросила:

— Что случилось?

Сун Цинлань оглянулся. В его тёмных глазах отразились нежность и тепло, которых она никогда раньше не видела.

— Спит.

— Тогда он всё равно должен проснуться. Инспекторы всё ещё ждут ваших отчетов, — сказал главнокомандующий. — Положение Сяо Цзи особенное, и на этот раз также было исключение, поэтому, когда вы закончите с отчётом, вы можете отдыхать как захотите.

Сун Цинлань это понимал. Как для командира отделения, для него было обычным явлением задерживаться на три-четыре часа после возвращения, прежде чем он мог по-настоящему отдохнуть. Мужчина уже вполне привык к этому. Но он посмотрел на Цзи Юйши и встал.

— Вы правы, его ситуация действительно особенная. После стольких переживаний даже Железный Человек устанет. Я сдам отчёт первым. После того, как он проснётся, вы можете расспрашивать его как хотите.

Сун Цинлань носил чёрную боевую форму. То же было и с Цзи Юйши. Когда они уходили, на них было надето совсем другое. Шеф Ван нашла это странным, но после разговора с ним это чувство странности исчезло без следа. Как будто они действительно были так одеты перед тем, как отправиться в путешествие.

Без изменения истории это изменение во времени и пространстве исправило все воспоминания. За исключением двоих, испытавших на себе новый якорь времени, никто об этих различиях не вспомнил.

Главнокомандующий нахмурился. Похоже, он немного колебался по поводу этой просьбы. Шеф Ван уже приняла решение:

— Тогда хорошо.