Цзи Юйши немного неловко сидел у него на коленях, обняв Сун Цинланя за шею. Увидев серьёзное выражение на его лице, он опустил голову и поцеловал мужчину.

— Что?

Сун Цинлань:

— Кажется, я поступил правильно, забрав твоё лекарство.

У Цзи Юйши появилось плохое предчувствие: «……»

Конечно же, Сун Цинлань сказал:

— Сначала я заберу эту бутылку с лекарством. Когда тебе это действительно будет нужно, ты можешь взять у меня. Не будем злоупотреблять этим слишком сильно. Тебе следует попытаться стать менее зависимым от него.

Цзи Юйши немного сопротивлялся:

— Я не всегда его принимаю. В «Кубик Рубика» я почти не ел.

Было бы лучше, если бы он об этом не упомянул. Как только это было озвучено, лицо Сун Цинланя стало ещё темнее.

В Кубике Рубика Цзи Юйши не только отказался прислушаться к уговорам и настоял на завершении миссии, заставляя проходить комнату за комнатой в его поисках, но, к тому же, после того, как миссия была завершена, он даже убежал, не сказав ни слова, без каких-либо намерений возвращаться.

Под действием лекарства спокойный человек внезапно становился решительным. Последствия были невообразимы.

— Нет, — отказал Сун Цинлань. — Советник Цзи, теперь у тебя есть семья. В будущем последнее слово по этому поводу будет за твоей семьёй.

Глава 86. Куда ты хочешь пойти?

Первые лучи утреннего света проникли в комнату через прозрачные занавески.

Человека на кровати побеспокоил свет. Ресницы тихо спящего слегка задрожали, и человек нахмурился. Он ещё не проснулся, но спал уже не так глубоко, как раньше.

Прошлой ночью Сун Цинлань лёг спать поздно, но уже много лет он сохранял привычку рано вставать. Он легко встал с кровати, поправил подушку, а затем поднял ту, что упала на пол прошлой ночью, и положил её так, чтобы заблокировать свет, падающий на лицо Цзи Юйши. Примерно через десять минут этот луч света переместится на стену рядом с кроватью и больше не будет беспокоить его.

Цзи Юйши плохо спал, но не использовал плотные шторы. Это был признак незащищённости.

Вкупе с тем, что он жил один, как человеку, который не мог заснуть в темноте, возможно, он ещё больше не любил в темноте просыпаться.

Сун Цинлань тихо вышел из спальни и закрыл за собой дверь. Три кошки в гостиной быстро разбежались. Они спрятались в своих укрытиях, наблюдая за посторонним.

Все миски с едой были пусты. Сун Цинлань нашёл кошачий корм и наполнил миски перед тем, как пойти умыться.

Когда он закончил, казалось, что «предшественники» уже не так его боятся.

Черные как смоль, похожие на брикеты угля комочки меха ходили вокруг него, сохраняя дистанцию.

Сун Цинлань начал разминку. Он был не из тех, кто обладал выпуклыми мускулами, скорее он обладал довольно стройным телом, в котором каждая часть сохраняла идеальные пропорции. Обычно он не занимался силовыми тренировками, поэтому простых отжиманий и скручиваний на живот было достаточно для достижения его цели — будить своё тело каждое утро, независимо от места.

В гостиной Цзи Юйши, помимо дивана и книг, было также открытое пространство, которое Сун Цинлань смог использовать.

Когда он начал тренироваться, коты уже сели друг за другом, следя за его движениями и склонив головы от любопытства.

Это было первое утро Сун Цинланя в жизни Цзи Юйши после того, как они официально начали встречаться.

Тихо и спокойно, всё было идеально.

Закончив тренировку, он поманил кошек. Один из чёрных котов неуверенно подошёл. Как только Сун Цинлань почесал ему подбородок, он больше не мог сохранять отчуждённое отношение и полностью уступил ему.

Домашние животные похожи на своих хозяев. Определив, что этому постороннему можно доверять, он смягчился и позволил Сун Цинланю отнести его на кухню.

Холодильник был заполнен едой.

Сун Цинлань нашёл необходимые ингредиенты и сложил их все на столешницу, прежде чем опустить питомца туда же.

Кот не ушёл и просто стоял на столешнице, наблюдая за ним. Сун Цинлань снова осторожно подтолкнул его, и на этот раз он, наконец, спрыгнул.

Но когда Сун Цинлань вернулся, достав молоко из холодильника, на столешнице снова сидел кот.

Солнечный свет также лился на кухню, падая на различную посуду и раковину. Чёрная шерсть на теле кота светилась. Он с любопытством опустил голову, подтолкнул носом каждую еду по очереди, а затем задумчиво мяукнул, как бы гадая, с каких это пор эта семья начала готовить завтрак.

Сун Цинлань поджал губы и погладил кошачью голову:

— Почему ты снова здесь?

Чёрный кот: «Мяу?»

В то же время у его ног раздался кошачий крик: «Мяу ~».

Сун Цинлань посмотрел вниз. Кот на полу тёрся о его ногу, показывая близость. Он сразу понял, что зверёк на столешнице уже другой. Тот, что на полу, был предыдущим.

Раздался дверной звонок.