Я вздохнула и закатила глаза: опять Машка суетится. Небось, давление немножко скакнуло, а она сразу панику наводит. О звонке сейчас не могло быть и речи. Личные разговоры в офисе в течение рабочего дня – это прямой путь на улицу. Без всяких предупреждений. Все это знают, и проверять на себе ни у кого нет желания.

Даже мое почти особое положение меня, если что, не спасет. В обед позвоню.

– Ну что там, Маш? – спросила я, накалывая на вилку листья салата.

Минеральная вода без газа нежила в своих объятиях лаймовый слайс. Салат казался безвкусным, но я мужественно хрустела зеленью, понимая, что красивое тело само себя не сделает.

Как я и думала, Маша сильно преувеличила проблему. Маме уже становилось лучше, и срываться с места, чтобы на пять минут забежать в палату (это если еще пустят) – смысла точно нет.

Тем более на выходные мы с девчонками наметили выезд в загородный клуб. Это если Эльвира не завалит срочными поручениями, а с нее станется. Позвонит, и попробуй не организуй для свалившихся, как снег на голову партнеров, культурную программу. Или дуй в аэропорт, чтобы встретить гостей и доставить до гостиницы. А дальше отдыхай, конечно, все выходные твои.

Машке бы к психологу с этим. У нее какое-то маниакальное желание всем помогать. Причем сверх меры. Вот, взять, к примеру, маму. Она уже в больнице, там профессионалы, которые знают свое дело, зачем нужно вертеться под ногами?

– Лончик, привет!

Я подняла глаза, увидела Полинку из PR-отдела и, не прерывая разговора, показала рукой, чтоб садилась. Поставив Луи Виттон на пустой стул, Полина разместилась за столом и заказала вовремя подоспевшей официантке раф с лавандой.

– Ладно, Маш, я позвоню ей потом по видеосвязи. Всё, мне бежать пора. Пока!

Я бросила телефон в сумку, но тут же вынула обратно: вдруг Эльвира позвонит.

– Что за Маша? – ревниво спросила Поля.

Я подавила вздох, приставучая, сил нет. Думает, что мы подружки. Приехала из какой-то тьмутаракани, и теперь из кожи вон лезет, чтобы никто не узнал, что она не москвичка. Луи Виттон в кредит, небось, купила. Будет теперь одним дошираком питаться по вечерам.

Но дружить с ней приходилось. Иначе будет динамить со статистикой по опросам, и я не смогу заблаговременно подать отчеты Эльвире. И она меня убьет.

– Сестра. Старшая, - неохотно поделилась я, следя, как официантка водружает на стол бокал с кофе.

– У тебя есть сестра? – Полина потыкала соломинкой в нежно-сиреневую пенку. Отодвинула в сторону засушенный цветочек лаванды. – Ты, кажется, не говорила.

– Не говорила. Есть. Ведет себя, как клон мамы. Контролирует, везде сует свой нос. Она на десять лет меня старше. И вот с самого детства так.

– Не замужняя? Без детей?

Я отодвинула тарелку с салатом. Аппетит пропал окончательно. Умеет Машка испортить настроение. Как будто я тут прохлаждаюсь, а не впахиваю, как лошадь. Должна всё бросить и бежать по первому зову. Сидит там в своей центре для дефективных и понятия не имеет, каково работать в современной инвестиционной корпорации. На результат работать, а не штаны, то есть юбку протирать.

– Замужем. Давно уже. И дочка есть. И муж нормальный. Не понимаю, как он от нее еще не сбежал? Мне кажется, они и сексом занимаются по инструкции, которую она написала.

Полина засмеялась. Я осталась серьезной. Каждый раз, когда видела Костю, удивлялась: что он в Машке нашел? Она же правильная до тошноты. Зудит, зудит, как оса. Живот от нее ноет. Как при месячных.

Я расплатилась за салат, Полинка допила свой раф на кокосовом молоке, и мы выдвинулись в офис.

Визуал Илоны

Илона на работе

Глава 9

Три месяца назад (август)

Встреча с Костей

Илона

Только вернулась, как вызвала Эльвира. Схватив планшет, побежала к ней. Эльвира терпеть не может записи по старинке. Все эти блокноты, ручки, ежедневники ее бесят.

Открыв на ходу вкладки, я вошла в кабинет, напоминающий командный центр космического корабля. Ничего лишнего – только функциональность и безупречный порядок. Два цвета – белоснежный и глубокий антрацитовый, перекликающийся со столом из матового черного стекла. Окно во всю стену. На стеклах ни единого пятнышка.

Воздух очищается и ионизируется, температура - ровно двадцать один градус. Круглогодично.

Может, поэтому Эльвира так хорошо сохранилась, а вовсе не потому, что регулярно проходит детокс в швейцарской клинике и посещает элитного косметолога.

Но скорее, она просто питается человеческими душами, живой энергией, которую выкачивает у сотрудников. Поэтому рядом с ней все они бледнеют и чахнут, как заброшенные комнатные цветы. Предсказывали, что и меня она высосет и выкинет жухлую шкурку, но, по всей видимости, у меня к Эльвире оказался иммунитет.

Я надеялась, что она чувствует мою силу. И ценит ее.

– Тендерные предложения? – без всякого вступления задала вопрос Эльвира.

Голос звучал чуть механически. Иногда мне казалось, что я разговариваю с ИИ.