Ну да, святая невинность. Пытается подстроиться под клиента, мимикрируя под «я раньше этим не занималась за деньги, ты первый». Ага.

– Не надо, – обрываю её. – Расскажи про свой первый раз, – внезапно прошу.

Карина обескуражено зависает сперва от моего вопроса, но потом пожимает плечами и сама немного расслабляется. Хрен знает, может и правда первый раз на вызове.

– Тебе предстоит с твоей девушкой? – улыбается вполне даже мило.

– Условно, – подробности ей уж точно знать не к чему.

– Ну… – Карина немного подвисает, вспоминая подробности, – это произошло, когда мне только-только исполнилось восемнадцать. Мужчина был старше почти на пятнадцать лет – друг моего отца.

Мне это кажется каким-то ненормальным, что ли. Если друг отца трахает его дочь, то хреновый он друг. Ну или отец совсем дебил, чтобы не заметить нездорового интереса к дочке. Если бы дядя Валера, к примеру, друг Юлькиного бати, засмотрелся на Конфету, Николай Николаевич уже бы его с землёй сравнял.

А так он сравняет меня, блин.

– Больно было?

– Больно вообще-то. Даже очень. Я даже заплакала и попросила остановиться.

– А он не остановился? – охуеваю с рассказа. – Тебя что, изнасиловали?

– Нет! – усмехается девушка. – Конечно нет. Он был нежным и аккуратным, но в ответственный момент проявил твёрдость, а я смалодушничала. Всё равно было бы больно. Не в этот, так в следующий раз. А так всё закончилось быстрее.

Да уж. А что если Юлька тоже разрыдается и попросит остановиться? Надо ли мне будет проявить твёрдость как этот херовый друг отца Карины? Смогу ли?

Блин, я никогда не задумывался, что тыкнуть в тёлку членом может быть такой проблемой.

Карина что-то там ещё рассказывает, но я слушаю вполуха, зарывшись снова в собственные мысли. Ну Юлька, подбросила ты мне проблему.

– Ещё что-то хочешь?

Кажется, Карина закончила свой рассказ, конец которого для меня потерялся. И спрашивает, видимо, не желаю ли я услышать ещё какую-нибудь информацию. Но я не желаю. Информацию уж точно.

– Да, – решаю разгрузить голову привычным способом. – Минет сделай.

Она захлопывает рот и пару раз удивлённо моргает, соображая, что словесная прелюдия окончена и пора работать.

– Хорошо, – отзывается чуть тише, опускается передо мной на колени и приступает к делу.

А я откидываюсь на спинку дивана и запускаю пальцы ей в волосы. Густые, гладкие, цвета тёмного шоколада. Это вызывает ассоциации. Нехорошие. Слишком опасные.

Мне надо научиться тормозить, чтобы однажды эти тормоза не сгорели, когда придётся резко дать по ним.

Глава 8

Юля

Вроде бы только-только закрыли первую сессию, как второй семестр окунул с головой под воду. В школе хоть каникулы были, а тут только в пятницу занятий не было, а с понедельника уже учёба.

Егор на этой неделе не учится, у него важные соревнования. Он в понедельник только утром меня отвёз и сам дела в деканате порешал.

Я забросила сумку в общежитие, не обнаружив девочек уже в комнате, и на пару успела вбежать в аудиторию почти со звонком. Кивнула Наташе и села рядом, проигнорировав Лилю. В выходные я как-то и не думала о ней, а сейчас увидела и всколыхнулись внутри обида и злость.

Преподаватель объясняет монотонно и неинтересно, так что приходится сильно напрягать мозги, чтобы вникнуть и не уснуть. Наташа, сидя между мной и Лилей, пытается держать невозмутимый нейтралитет, но пассивно-агрессивная атака с обеих сторон напрягает её.

На перерыве я ухожу в коридор ответить на мамин звонок, здороваюсь со знакомыми девчонками из другой группы.

– Привет, Юль, а ты Егора не видела? Его сегодня нет на занятиях, – окликает меня девушка из его группы. Рита, кажется.

– Нет, – рявкаю, – я его подруга, а не секретарь.

Рита обиженно поджимает губы и отворачивается. Я тоже отворачиваюсь к окну и медленно выдыхаю через чуть сомкнутые губы. Надоели. Сначала наезжают, типа как посмела кадрить парня, который, видите ли, им нравится. Потом, как поймут характер наших отношений, бесконечные вопросы: а где он? А с кем? Когда приедет? Не в курсе, дома ли он?

Бесят.

Будто я живу для того, чтобы докладывать, где и что сейчас делает Егор Вертинский.

После следующей пары мы спускаемся в кафетерий. Болтаю с Наташей, старательно делая вид, что нас двое, а не трое. Лиля помалкивает. Мне хочется съязвить, что может ей не стоит идти с нами, раз уж мы выяснили цель нашей дружбы, которая с её стороны достигнута. Пусть не так, как она себе представляла, но всё же.

В кафетерии полно народу. Перед раздачей очередь, а любимые мной булочки с розовой глазурью уже заканчиваются. Последнюю передо мной забирает Лиля. Вот стерва, знает, что я их люблю.

Беру пирожок с вишнёвым повидлом и несладкий чай. Я вообще ни кофе, ни чай с сахаром не пью. Только если с бутербродом с маслом и сыром.