Мужской голос выкрикнул внизу ругательство, и долг победил влечение. Зейн вздохнул и снял мои руки со своей шеи.

— Потерпишь несколько минут, принцесса? Обещаю, я сейчас вернусь. — Он взял мою руку, перевернул и поцеловал ладонь.

— Ты всегда так говоришь, — пробормотала я, но всё же опустилась на край кровати, пока он выходил в коридор. После поцелуя колени странно ослабели. Я приложила ладонь ко лбу, чувствуя, как кожу заливает жар.

По крайней мере, Зейн теперь здесь, а значит, с Зудом скоро можно будет справиться. Ещё лучше — перед уходом он поцеловал меня в губы. Может, больше не боится «подхватить проклятие».

В конце концов, это он передал его мне.

Я слушала крики внизу, нервно покачивая ногой. От Зуда всё тело словно гудело, усидеть на месте не получалось. Я замурлыкала что-то себе под нос, пытаясь заглушить громкое хриплое дыхание Реми из гардеробной.

Ноа! Он остался внизу, в самой гуще этого безумия. Из-за похоти я о нём чуть не забыла. Я бросилась к двери.

Чья-то ладонь обхватила мою руку; сквозь обнажённую кожу я почувствовала тепло. Я дёрнулась от неожиданности, но было поздно.

Меня поглотила неестественная тьма.

Глава 20

Оказаться на месте собственных жертв — то ещё удовольствие.

Я сидела в кафе-мороженом с чёрно-белым шахматным полом и тоскливо смотрела на стол. Сервировка была великолепной: хрустальные стаканы для воды, изящное серебро, чудесные вышитые салфетки. Передо мной выстроились пустые креманки, до неприличия сиявшие чистотой. Сразу видно: мороженого в них отродясь не бывало.

— Это ад? — спросила я мужчину напротив.

Священник покачал головой, сложив руки на груди.

— Думаю, всё это у вас в голове.

— Если это у меня в голове, здесь нашлось бы хоть какое-нибудь чёртово мороженое. — Я взяла блестящую ложку и вздохнула, оглядываясь. Маленький музыкальный автомат на столе играл Чака Берри, прямо как в кино.

Напротив нашей кабинки, у стойки, сидели все, чьи мозги я нечаянно высосала. Доставщик пиццы. Толстяк Джордж, который трахал Реми. Деревенщина на грузовике, принявший меня за шлюху. Двое полицейских.

Я взяла салфетку и с преувеличенным интересом уставилась на неё, избегая взглядов этого хмурого ряда.

— Так, э-э… вы всё это время здесь были?

Священник медленно кивнул.

— Так они мне говорят. Похоже, мы застряли в некоем промежуточном состоянии. И это как-то непосредственно связано с вами.

Я повертела ложку.

— С этим трудно спорить. Зато вы хотя бы в кафе-мороженом сидели.

— Только оно не всегда было кафе-мороженым. Всё изменилось с вашим появлением.

— О, — сказала я и помедлила. — А что здесь было раньше?

Священник покраснел.

— Неважно, — поспешно выпалила я. — Кажется, я не хочу знать. — Господи, да я думала о всяких непристойностях в присутствии священника. Бедняга. — А чем вы тут занимаетесь? — Я изо всех сил старалась не смотреть на компанию, мрачно наблюдавшую за мной от стойки.

— Ждём, — спокойно ответил священник. — Нам остаётся лишь ждать, пока вы решите нас освободить.

— И жрать хотим! — рявкнул доставщик пиццы.

Я поморщилась.

— Видите ли, дело в том, что я не совсем понимаю, как вас освободить.

Священник наклонился ко мне.

— Я уже догадался, — прошептал он. — Полагаю, наше положение стало ещё хуже, раз теперь вы тоже заперты здесь вместе с нами.

Он прав. Я нахмурилась.

— Не понимаю, как сюда попала. Суккубы не спят.

— Это не сон. Мы где-то в другом месте. Возможно, в вашем подсознании.

— Но как я сама здесь застряла? — Мои способности никогда прежде не действовали на меня саму. Мысль о том, что сама себя вырубила, я отмела: если так, то дела совсем дрянь, ведь обратной дороги я не знаю.

Я вспомнила ладонь, коснувшуюся моей руки прямо перед тем, как я здесь оказалась, и потянулась к гри-гри на шее.

Он защищал меня от любого существа, желавшего мне зла… кроме суккубов. «Я не могу защитить его от себя», — сказала Делила, прежде чем вручить мне мешочек.

Вероломная сучка.

— Когда выберусь, я ей точно задницу надеру.

Но зачем ждать, пока я останусь одна? Раньше у неё была куча возможностей вырубить меня, однако она ни разу этого не сделала. Что-то не сходилось. Реми? Я отбросила эту мысль, едва она появилась. Реми всё ещё заперта в моей гардеробной.

— Ну что ж. — Я побарабанила пальцами по столу и огляделась. — Раз уж мы здесь задержимся, чем вы развлекаетесь?

— Бинго, — ответил священник.

Ну да-а-а.

Несколько часов спустя я хмуро смотрела на карточку.

— Мне осталось закрыть всего два числа, а вы их никак не называете!

— Числа выпадают случайным образом, дорогая, — невозмутимо ответил священник и вытащил очередной шарик из аппарата, стоявшего в передней части кафе. — Следующее число — G-48.